…Это последнее воскресенье мы весело провели в центре LIDO, вкусно пообедали, развлекались на катке. Дети пытались научиться кататься, я с мужем держала детей и пыталась их научить. Держалась, хотя и не могла спокойно смотреть на Эмму, сердце болело при виде ее желтого личика, глазок, худеньких ручек. Хотелось заплакать – не разрешала себе, было очень страшно – никому не говорила, потому что не разрешала себе поддаваться отчаянью. Поддерживала себя сама, ориентировала своих родителей, как вести себя в присутствии внучки. Алефу было легче, он знал столько, сколько нужно знать ребенку его возраста, чтобы не беспокоиться о сестре. Муж, думаю, переживал как любой нормальный человек, но я плохо понимала его тогда и могла воспринимать только через негативную призму – толстяк с трясущимися руками из-за постоянного похмелья. Мне было не важно, что он думал, потому что он больше думал о себе – почему с ним это происходит? А не о плане выздоровления дочери и его осуществлении. У него была другая программа в голове – как выпить, чтобы я не заметила.
Эта воскресенье было последним днем моей жизни "до", после чего началась моя жизнь "после". Конкретно моя жизнь, ну, еще жизни моих родителей. Для остальных это были просто неприятности. В моем "до" периоде, когда я считала, что жизнь идеальна и правильна, я легко управляла ею и трудности считала мелочами. Жизнь "до" была как блестящий сценарий, продуманный план жизни, стратегия, или как в детстве – прекрасно выполненная домашняя работа. И сколько времени это занимало, сколько усилий было затрачено и из каких источников была получена информация, чтобы сделать работу, это меня не беспокоило. Главное для меня было получить результат – отличную или хорошую оценку в дневнике моей жизни. Меня мало заботили чувства, последствия, боль, потому что у меня все получалось, и не было оснований для беспокойства. Это был теоретический подход к жизни, без эмоций, без переживаний. Зачем переживать, если все под контролем, все спланировано и известно заранее и уже до начала любого действия – известно, что результат обязательно будет превосходным. Я просто была юной идеалисткой.
Когда началась жизнь "после", начался мой процесс созревания. Теоретические знания из "до" жизни очень мне помогли. Я очень хорошо держалась как внешне, так и внутренне, верила в свой план. Теория помогла мне пережить все, но, конечно же, практика показала, что неразумно думать, что все можно предугадать. Можно планировать и прогнозировать сколько угодно, но жизнь привнесет свои коррективы. Особенно, когда ты их совсем не ожидаешь. Без сомнений, можно и нужно верить, но без упрямой самоуверенности, что я контролирую все. На самом деле я контролировала только ту часть жизни, которая была в моих силах – эмоциональное состояние, силу воли, веру и ответственность. Период "после" – это уже практическая жизнь с реальными эмоциями, болью и порой, когда в моем идеально выдуманном сценарии время от времени внедрялась суровая реальность с грубыми коррекциями, все чаще в моем идеальном плане жизни, я замечала патологические отклонения, которые значительно отличались от моей надуманной идеальной картинки…
… Очень трудно вернуться к тем дням, когда настоящее пытается уничтожить тебя. Бывший приехал снова в мою квартиру, ссориллся с сыном! Я снова сидела и переживала, нервничала, не хотела, чтобы он проводил время с ребенком… В конце концов, ему удалось вывести меня из себя. Я уже не могла спокойно сидеть и молчать. Я налетела на него, пока он уходил к двери:
"Что ты ругаешься с моим ребенком, в моей квартире? Ты уже испортил всё, что мог!"
Он ответил мне: "Это Ты всё испортила! Ты выгнала меня!"
Я взорвалась снова. ОН вывел меня из равновесия, и ему это снова удалось очень хорошо. Что вывело меня из себя? Он своим отрицанием вины, переложением вины на мои плечи! Очевидный факт, что его последние действия и сладкие обещания об идеальной жизни сделали мне очень больно. Он не удержался, не сдержал слово, его слова ничего не стоили! Конечно, как всегда! Поэтому я поддалась! Как он мог не сдержать данное мне и детям слово? Это предательство, ему не следовало доверять, доверять было не только рискованно, но и опасно! Как так? Обещать детям и не держать слово! Так ведет себя взрослый человек, отец двоих детей? Это достойный образец для моего сына? Где был мой холодный ум? Да, я была слишком вовлечена, не смогла подавить свои эмоции. А он не смог подавить свою склонность к выпивке. Я не хотела мириться его пьянством, он не хотел меняться. Я хотела, чтобы он не пил, а он хотел, чтобы я не лезла к его пьянству.
Что я хотела ему доказать? Ничего, просто хотела причинить ему столько же боли, сколько он причинил мне. И еще хотела доказать ему, что во всем виновен только он один. Если бы не его пьянство, мы могли бы все спокойно обсудить, найти выход из любой конфликтной ситуации. Он хотел убедить меня, что его пьянство вообще не такая уж большая проблема, что он совсем немного пьет. Просто я все выдумала себе и все.
