Рихтор забывал дышать и моргать от страха. Монстр стал медленно опускаться на гоблина, а у него не хватало сил даже пятиться. Он отползал на дрожащих локтях и молча рыдал, забыв, как разговаривать. Ужас сковывал движения, не давая ни встать, ни отбиваться. Ноги вдруг стали вязнуть в размякшем Полу, а существо всё сильнее нависало над ним, закрывая собой весь обзор. Рот чудища стал раскрываться больше и больше, до самого предела. Внезапно плоть лопнула, брызгая почти чёрной кровью на лишающегося рассудка гоблина. «Рот» рвался всё дальше и дальше, открываясь по шее и груди. В порванной плоти «рта» блестели полупрозрачные осколочные мелкие зубы и какие-то крючки. Казалось, что они шевелились и проворачивались на своих местах, ещё больше травмируя плоть вокруг. Рихтора резко затошнило и он, наконец, потерял сознание, позволив чёрной жиже засасывать себя в Пол. Монстр улыбался одними глазами и издавал нечто похожее на хриплый смех. Гостиная стала по-немного тонуть.
Внезапно Серая дверь распахнулась и в монстра ударила мощная струя воды. На пороге стоял Кутус в яркой оранжевой спецовке и с пожарным шлангом в руках. Он заливал визжащую тварь до тех пор, пока она не нырнула обратно под Пол. Кутус тут же перевёл струю воды на затягивающегося в недра Негатива Рихтора. Гоблина мгновенно вымыло сильным напором и грубо прибило к противоположной стене. Он с трудом очнулся и вяло сел на Пол, потрясая головой и борясь с тошнотой.
– Это… она? – едва слышно спросил он у Кутуса.
Тот в ответ что-то пропищал и помахал руками, выключая брандспойт. Потом показал на Хозяйскую дверь и изобразил руками что-то похожее на пугающего детей монстра.
– Это… Миа? Да? – ещё раз переспросил гоблин.
Кутус активно покивал и ушёл обратно в Серую дверь. Миа стала… монстром. Настоящим Монстром, ещё более жутким и сильным чем раньше. Она впервые открыто напала, она старалась поглотить его, затянуть к себе. Это из-за Камина. Да. Ничего больше не чистит это место. И Миа растёт. И будет только расти.
Рихтор продолжал сидеть на месте. Он вздрагивал от холода и шоковых воспоминаний, и ошеломлённо смотрел на Пол, погружённый в свои размышления. Не замечая того, он прикурил уже третью сигарету, затем с трудом поднялся и пошёл в Хозяйскую комнату. Проследовав напрямую к Окну, он устало ткнулся влажным лбом в стекло. Чувствуя колотящий холод и бешеную усталость, он сипло прошептал:
– Ты нужна мне… Здесь… Слышишь?
Ноги непослушно подогнулись под весом тела и маленький гоблин сполз по стеклу на ковёр, позволив себе очень тихо и горько заплакать.
Крыша
Ещё одним местом, куда вела та невзрачная дверь из Коридора, была Крыша жилого дома.
Старая, покорёженная, проржавевшая Крыша пятиэтажного дома ещё довоенного времени постройки. Особой обстановки здесь не было. Стояла лишь небольшая самодельная лавочка, под которой примостился мешок из яркого оранжевого брезента. В мешке всегда был неизменный набор для посиделок: литровый термос с чаем, тёплый мягкий плед, большой зонт и контейнер с бутербродами.
Время суток на Крыше, как, к слову, и на Кухне, не совпадало с таковым в Гостиной. Чаще всего здесь был рассвет или закат. Реже – поздняя ночь. Здесь всегда было прохладно, всего градусов пять или семь тепла, и дул лёгкий ветерок. Иногда здесь наступала зима, но чаще всего – осень. Временами шёл небольшой дождь или, наоборот, сильный ливень. Во время зимы ожидаемо выпадал снег, ложась красивыми крупными хлопьями на грязную жесть.
Ещё одной особенностью этой Крыши была Бездна. Здания внизу утопали в непроглядном сизом тумане, улицы внизу не было видно. Или просто не было вообще. Бездонная пропасть. Говорят, упавшие в неё люди бесследно пропадали отовсюду. Про них забывали все, будто их никогда и не существовало. Это звучало даже страшнее чем смерть. Так говорила Хозяйка Квартиры, ведь это она создала это место, как и все другие. И она больше всего любила сидеть здесь, на Крыше, и бывала здесь чаще всех остальных.
Это было прекрасное место, чтобы побыть в одиночестве. Не было ни единого намёка на живых существ в этом месте. Окна домов напротив всегда были зашторены и за ними никогда не мелькали тени. Иногда по ночам в некоторых окнах горел свет. Для уюта. Но когда ночь сменял рассвет, то все огни гасли одновременно, как по щелчку. На Крышу никогда не садились птицы, по ней никогда не гуляли коты. Только небо, звёзды и бездонная пропасть. Рай для интроверта.
На самом деле та Серая дверь из Коридора могла вести ещё много куда. Например, на Склад, где жил Кутус. И во многие другие места, ещё только создаваемые Хозяйкой. Нужно было точно знать, куда тебе надо, и хорошо представлять в голове это место, максимально детально и чётко. Что при недоработанном мире было сложно для соседей, поэтому они туда не ходили без острой нужды. И обязательно нужно было держаться за ручку двери и ни на что не отвлекаться. Чёткая визуализированная мысль. Звучит довольно хлопотно, но местные жители за долгое время научились делать это не задумываясь.
Серая дверь не могла вывести гостей только в Белый Мир.
