Созданная очень давно, она долго не имела своего жильца, а потому и путь к ней лежал через Серую дверь. Это было огромное мрачное помещение, чьи границы скрывались в темноте. Чересчур высокие стеллажи опасно раскачивались из стороны в сторону и уходили куда-то в тень потолка. Перед ними растянулся длинный стол регистратуры. От входной двери в обе стороны выстроились шкафчики картотеки, и где они заканчивались тоже было не ясно, всё уходило во мрак.
А ещё Библиотека постоянно горела. Буквально. Постоянно полыхал то один то другой стеллаж. Правда не весь сразу. Горели отдельно взятые экземпляры: книги, свитки, фолианты, папки, подшивки газет, коллажи из фотографий, плакаты, гербарии, тетради… Иногда переставали гореть. Внезапно. Иногда сгорали дотла. Но через какое-то время могли вновь появиться на полках. Или не появиться. Или появиться, но не на своих местах.
В Библиотеке всегда стоял полный кавардак. Множество экземпляров и без сгорания стояло не на месте. Торцы книг небрежно торчали со стеллажей, порой они внезапно падали с полок, создавая дикий грохот. Некоторые книги и папки валялись, где попало, были сложены неаккуратными стопками на полу, ящиках картотеки или на рабочей стойке библиотекаря, а кое-где вообще были набросаны беспорядочной кучей. Но на этом беспорядок не заканчивался. Если случайный гость, к примеру, возьмёт и пролистает любую случайную книгу, то увидит текст, в котором перечёркнуто до половины содержимого, причём разными чернилами и разными почерками. Исправления, дополнения, вымарки, ещё исправления. Часто в книгах отсутствовали страницы, часть которых могла быть как аккуратно отрезана, так и неряшливо вырвана. Иногда отдельные листы были просто вложены между страниц, или бережно вклеены, или прицеплены на скобы, скрепки, или скотч. А то и вообще на жвачку. И всё это на фоне бесконечного полыхающего пожара. Завораживающее зрелище. Единственное, что радовало – от этого пожара совсем не было дыма и дышалось здесь вполне свободно.
Раньше Библиотека была сама по себе, в неё мог войти кто угодно и самостоятельно искать нужные материалы. Вероятно, и правки вносить тоже. Но спустя время у неё появился свой хозяин. Библиотекарь. Теперь войти в Библиотеку можно было напрямую из Гостиной, но данные выдавал только её жилец. Дверь в Библиотеку была двустворчатой, высокой и помпезной, украшенной разнообразными резными узорами и цветными витражными вставками. И ещё большой медной цифрой «8» на ней. Витражные вставки ярко переливались на свету, а красное дерево дверного полотна смотрелось богато и роскошно. Когда дверь была закрыта, то из дверных просветов пробивалось яркое красное свечение.
Впрочем, не смотря на появление Библиотекаря, беспорядка в ней меньше не стало. Она продолжала гореть, а часть книг валялась где попало. Но Библиотекарь точно знал, где лежит каждый экземпляр, и, почти всегда, мог быстро и без труда его предоставить.
Эпизод 23. Фантазия
– Да вы издеваетесь…
Гоблин, в своём привычном зеленомордом облике, стоял перед новой дверью в Гостиной. Он недовольно её разглядывал, пытаясь понять, что же она из себя представляет. Это было что-то сродни прямоугольному полупрозрачному зеркалу, за которым виднелся длинный прямой коридор, заканчивающийся ещё одним зеркалом. Трогать что-то Рихтор не решился, поскольку ему хватило баек про дверь Шико и собственных визитов к Айне.
– Ого, у нас новый сосед! Я никого не встречал, а ты?
К гоблину неслышно подошёл воодушевленный Винсент и решительно тронул полупрозрачную гладь. Рука прошла сквозь стекло, не встретив препятствий. Зеркальная гладь на деле не существовала, это была иллюзия. Коридор из зеркал вздрогнул лёгкими волнами, будто в гладкую спокойную воду бросили камушек. Эльф медленно убрал руку. Коридор перестал дрожать. Король озадаченно посмотрел на гоблина, беззвучно спрашивая его о мнении.
– Давай действовать по уму, – сказал тот.
Через минуту они уже стояли у библиотечной стойки.
– Фантазия? – переспрашивал гоблин снова.
– Так есть, да! – Изма размашисто кивала головой. – Новое есть творение Хозяйки-сама. Не окончено значится, немного образ есть только так. Но в базе внесенный, давно кстати так есть.
– То есть, он не законченный? – удивился эльф. – Как это возможно?
– Нет основания так, – ифрит листала совсем новенькую тоненькую тетрадку. – В основании всех нас значится некий образ так, говорится реальный человек внизу. Фантазия-сан не имеет таковой да основы отнюдь, ага. Он сейчас не иметь значится даже имени так.
– И у меня есть человек в основании? – спросил Винс.
– Разумеется, так. Первый есть молодой человек Хозяйки-сама, ага, – Изма кокетливо похлопала ресницами, – сначала существует человек, потом значится творить Жилец. Так было всегда, ага.
– Но… почему дверь к Фантазии уже есть?
– Так решить значит Хозяйка-сама, ага.
– В основе Айны тоже ведь нет человека, но Дверь есть, – возразил гоблин.
– Ай, ошибка! – Изма важно подняла указательный палец. – В основе так есть Айна-сан есть образ человека значится.
