Мы прихватили конфеты, печенье, страшно веселясь по любому поводу, летним солнечным утром отправились к Ленке. Когда подъехали к станции, обе вдруг замолчали и испуганно остановились на перроне, как-будто ждали кого-то. Не сговариваясь, повернули не к академическому поселку, а к полю. Мы шли молча, жевали травинки, срывали «петушков» и «курочек», рассыпали их по ветру. Наконец добрались до совхозных участков. Сиротливо озираясь, поплелись к Машиному домику. Не дойдя метров двух, услышали ворчливый старческий голос. Неужели новые хозяева? Сквозь слепящие лучи солнца попытались что-нибудь разглядеть.
— Что это такое, Маша? — внятно прозвучал голос Руфы.
— Где, Руфина Константиновна? — боязливо спросила бывшая молочница.
— Какое странное платье. И почему оно здесь, на сеновале?
— Почему странное? Оно просто старое, и его здесь кинули, как тряпку.
— А чье оно?
— Да уж и не помню. Да вам-то чего? Вы что ищете? Думаете, менты не все облазили и могли оставить что-нибудь?
— Не знаю… Мне кажется, они не очень тщательно искали.
— Даже если и так, то ведь год прошел. Что они не нашли, то соседи растащили.
— Пока я вижу, что подкинули. Ты мне не заговаривай зубы. Чье это платье?
— Не знаю! — огрызнулась Маша. — Идти надо. На даче дел много.
— Вот ты иди и делай, а я здесь еще поищу.
Женщины развернулись в нашу сторону, и мы сочли за благо быстро вылезти из-за высокой травы и поздороваться.
— Вы что здесь делаете? — испугалась Руфа, пряча пресловутое платье за спину.
— В гости приехали, — проблеяли мы.
— Руфа, ты же у подруги, ты, Маша, у сестры, — растерянно проговорила Ольга.
— Твое какое дело! — сказала с раздражением Маша. — Некогда мне с вами. Пойду делом заниматься.
Решительным широким шагом, размахивая руками, Маша направилась в поселок. Руфа, оправившись от испуга, медленно раскурила папиросу.
— Так что вас привело в это богом забытое место?
— Мы к Лене в гости приехали и решили прогуляться по знакомым местам.
— Молодцы. А теперь отправляйтесь в гости.
— Может, вас проводить? — предложила я.
— Куда? Я не тороплюсь. Мне еще надо порыться здесь.
— Что ты ищешь, Руфа? Хочешь, мы поможем, — предложила внучка.
— Вы можете только помешать. Так что свободны.
Руфа с нетерпением ждала, когда мы наконец освободим ее от своего присутствия. Пришлось попрощаться.
На дачу мы прибыли большой компашкой, собрав по дороге всех приглашенных, приехавших на разных электричках. Гикая и вереща, добрались до Ленкиного участка. Только Ольга чувствовала себя все более напряженно по мере нашего приближения. Но Леночка, не говоря ни слова и не поздоровавшись ни с кем, быстро подошла, поцеловала Ольгу. Вся компания одобрительно загудела и, подталкивая друг друга, ввалилась в калитку. Те, кто вошел первым, с диким криком вылетели обратно — за ними гордо шествовали два гуся, гогоча и щипая всех за ноги, следом, блея и угрожая маленькими рожками, трусил маленький козлик.
— Не бойтесь, они так знакомятся, потом не тронут. Это бабушка развела тут животноводческий комплекс, — смущаясь и перекрикивая всех, пояснила Леночка.
— Конечно, всего несколько синяков и вы свободны, — услышала я знакомый голос Сашечки.
— Привет, я тебе рада.
Я действительно успокоилась, почувствовала себя очень уютно, поняла, что мне придется сделать первый шаг, так как в том нашем холодном разговоре Сашка был вообще-то прав.
— Поздравляю тебя с поступлением и осуществлением заветной мечты, — не без иронии сказал он.
— Не злись, я тебе благодарна, это ведь твоя заслуга. Я знаю.
Сашка оттаял, и разговор полился легко и непринужденно, как и все события в тот замечательный вечерок.
Уже было довольно поздно, когда выдалась возможность поговорить с Леной.
— А ты-то куда поступила? Я ведь так и не знаю? — смущенно спросила я.
— Спасибо, что вспомнила. В театральный.
— То есть как? Не может быть. Ты никогда не говорила, что собираешься стать актрисой.
— А я и не собираюсь. Я поступила на постановочный. Хочу стать художницей по костюмам или модельером.
— Так мы, что, все поступили в разные театралки? — воскликнула подошедшая Ольга.
— Ну и что. Зато потом сможем работать вместе. Ольга будет играть на сцене, Ленка станет шить ей костюмы, а я буду о вас писать хвалебные статьи. Классно.
Пока мы строили далеко идущие великие планы, в гамаке раскачивались Катюша и Лида, наши дачные приятельницы, и о чем-то шептались.
— И чему это Лерка так радуется, ведь Шабельский женился в Италии, — нарочито громко проговорила Катюша.
— Она просто смешна со своими воздыханиями. Теперь опустится на землю наша принцесска, — ядовито поддакнула Лида.
