– А также, теперь нам с вами предстоит поработать. Долго, кропотливо и противно. Не с луны же он взялся этот положительный результат? Он, кстати, ещё и не даёт 100% уверенности того, что это сифилис. От кого-то же она заразилась? В любом случае, она поедет в район к дерматовенерологу. А мы с вами будем активно выявлять больных, пока не найдем источник заразы. Иными словами, будем рыться «в чужом белье». Поэтому, никому ни слова! Даже мужу! Ясно?
– Ясно.
С подобной проблемой в своей практике я столкнулся впервые. Мне предстояло провести эпидрасследование, выявить всех контактных и обследовать. Выявленных больных надо было направить к дерматовенерологу в район.
«Вот что мне теперь делать? – Думал я. – Понятно, что теперь придется разворошить что-то очень неприятное. Село небольшое, все друг друга знают. А тут такое…»
Про ту женщину, у которой «выскочило сразу четыре креста», я не то что не слышал ничего плохого, я про нее вообще ничего не слышал.
Надо было как-то тактично и методично действовать.
…
– Алло? – Ответила мне пациентка.
– Елена Анатольевна? – Спросил я в трубку.
– Да.
– Это Березин. – Вам надо подойти ко мне на приём. Нужно поговорить о вашем здоровье.
– Хорошо. – Ответила женщина после некоторой паузы.
«Она знает про свою болячку! – Подумал я, обратив внимание на эту паузу. – Или она однозначно догадывается, потому-то и пришла ко мне на прием!»
С бледным лицом она зашла ко мне в кабинет ближе к концу рабочего дня.
– Догадываетесь, зачем я вас вызвал?
– Да.
Мне стало немного легче на душе. По крайней мере, я её не огорошу такой новостью.
– В ваших, да и в моих интересах, если вы будете максимально честны со мной. – Сказал я ей.
– Доктор. Только никому, пожалуйста! – Больная заплакала. – Муж не знает…
– Да твою же …! Выругался я. – Так не от мужа что ли?
Женщина ещё больше разрыдалась.
– Муж на севере.., на вахте…
Уровень моего замешательства был запредельным. Мне было дико стыдно от появившихся подробностей.
«Как вот с ней сейчас мне разговаривать?» – подумал я, но потом решил, что это у нее сифилис, а не у меня. Это ей должно быть стыдно, а я должен делать то, что должен, и в данный момент, я ненавидел свою работу. Но был и положительный момент: возможно, что её муж здоров.
– Кто? – Задал я ей прямой вопрос.
– Он сейчас не здесь…
– Кто? – Повысил я голос. Мне стало надоедать вести этот непродуктивный разговор.
– Максим… Трещёв. – Сказала женщина.
Максим Трещёв был младше её на 15 лет и жил в городе.
– Больше ничего не хотите добавить?
– Нет.
– Свяжитесь с Максимом. Я жду его в этом кабинете. Ежедневно. В выходные я жду его у себя дома.
Вот вам направление к дерматовенерологу. – Протянул я ей направление. – И не волнуйтесь. – Сейчас это лечится. И вылечивается. Только ехать нужно обязательно и завтра, иначе будет поздно!
– Спасибо. Я завтра поеду. Обязательно. – Заверила меня женщина.
– А я проконтролирую, – Безапелляционно сказал я ей. – Будьте уверены.
Женщина, вытерев слезы, вышла из кабинета. Мне предстояло обдумать мою дальнейшую тактику.
***
Телефон прозвонил двумя звонками: «дзинь-дзинь».
«Район звонит» – подумал я.
– У тебя случай Luesa (lues – сифилис) на участке выявился, надо искать контактных. – На том конце провода была дерматолог из района.
– Серьезно? – Я нарочно сделал недоумевающий тон. – Это я к вам её и направил.
– Кого её? – Задала вопрос венеролог. – Ко мне на прием мужчина пришёл. Вернее его хирург направил ко мне на консультацию.
– Да ё-маё! – Воскликнул я. – Я к вам женщину вчера направил, а вы мне про мужика рассказываете! Говорите, кто такой. Я записываю.
Мне сообщили данные о мужчине.
Он приехал в ЦРБ на прием к хирургу с жалобами на какое-то уплотнение на детородном органе. (Хирург в районной больнице также ещё выполняет функции уролога, онколога и травматолога). Выяснилось, что это твердый шанкр. (Твердый шанкр – плотная безболезненная язвочка, появляющаяся в месте внедрения возбудителя сифилиса).
Я же, в свою очередь, сообщил данные о моей вчерашней пациентке.
– Ждите. Она должна к вам прийти. – Сказал я и положил трубку.
Моя «вчерашняя» больная, этот «сегодняшний» мужик плюс Максим из города. Возможно, ещё муж моей больной. Вот уже четыре человека. И это только вершина айсберга.
«Мда-а… Масштабы возникшей проблемы начинают впечатлять… Вот было бы хорошо, если б моя больная и этот мужик оказались „тесными“ знакомыми! А если нет? – Думал я. – А как это выяснить? А вдруг они друг про друга и не слыхали вовсе? А тут я спрошу у кого-либо из них про другого, а так нельзя»
Задачка была до отвращения интересной. Заниматься выявлением данной категорией больных я просто не хотел, но, хочешь-не хочешь, а надо.
Решение этой задачи пришло почти само собой.
…
Следующие два дня помимо основной работы, я составлял списки потенциальных больных.
– Можно? – В кабинет ко мне вошла бабушка Анастасия Ивановна или, как говорят в деревне, баба Стюра.
– Да. Входите. – Ответил я.
– Вы мне сказали прийти через месяц. – Сказала она. – Вот сегодня как раз месяц, как я из больницы выписалась.