Ситуация выглядела следующим образом. Заразный больной не хочет лечиться. Он представляет опасность для населения. Убеждения бессмысленны и безрезультатны. Суд принудил больного к лечению, и теперь я снова его должен убедить о необходимости госпитализации…
Все кругом молодцы, а я козел отпущения. Все сделали свою работу. Фтизиатр в суд подала, суд присудил принудлечение. А все из-за меня, что сначала я не убедил его, а теперь и привезти его не могу, потому что убедить у меня не получается.
Я решил действовать жестоко. В конце концов, проблему надо было решать.
– Коля. – Сказал я водителю нашей буханки. – Надо поработать. Рано утром завтра подъезжаем к дому Черницына, вытаскиваем его «за шкирку» и везём в район.
– Ладно. – Ответил Коля. – Ты знаешь, что делаешь.
– Выбора нет. – Отвечал я. – У тебя дети в школу ходят мимо колонки, а он заразу там размазывает.
Утром следующего дня я молча вошёл в дом Черницына. Черницын спал. Я похлопал его по плечу.
– Вставай, поехали.
Он открыл глаза, сел на кровати.
– Что ж ты пристал ко мне? Тебе спокойно жить надоело? Я ж тебе устрою!
Меня затрясло. Я схватил Черницына за шиворот. Странно, но он оказался легче чем казался.
– Встал и пошёл! – Заорал я.
– Ты что творишь, лепила мля!? Век воли не видать! – Обалдел Черницын. – Ты что творишь? Я ж тебе сейчас накачу по самые помидоры, мля!
Я выволок Черницына на улицу и затолкал в УАЗик.
Методы мирного убеждения оказались неэффективны, но надо было успокоить Черницына и успокоиться самому. Я взял себя в руки.
– Сейчас мы тебя увезём в район, покажем фтизиатру. – Уже спокойным голосом сказал я. – Вот с ней и договаривайся о лечении и нахождении в стационаре.
Черницын, ощутив применение к нему силы и оказавшись в салоне нашего УАЗИка, не столько успокоился, сколько притих и, видимо, решил не лезть на рожон.
Вдруг из дома выскочила его сожительница Светка. Она бежала прямиком на нас и с разбегу плашмя ударилась прямо в борт нашей машины. УАЗик качнуло.
– Торпеда в правый борт! – Крикнул водитель Коля и засмеялся.
Я тоже засмеялся глядя в окно, а потом увидел, что и Черницын смеётся. Прижав руки к стеклу Светка пыталась рассмотреть что происходит в салоне. От длительного запоя у неё было синюшное отёкшее лицо и опухшие веки, которые она не могла толком открыть.
– Я слива садовая, спелая лиловая! – Глядя на неё, снова пошутил Коля слоганом из рекламного ролика.
– Куда вы его забираете, менты поганые!? – Кричала Светка не разобравшись что происходит. – Он вообще не при делах!
– Да я сегодня уже дома буду! – Крикнул ей через стекло Черницын. – Не кипишуй!
– Чёрный! – Крикнула Светка. – Я тебя ждать буду!
И тут меня осенило: Она же контактная, а значит тоже подлежит консультации и обследованию, сейчас сразу двух зайцев и подстрелю!
– Хочешь, она с нами поедет? – Спросил я Черницына и открыл дверь. – Чтоб тебе не скучно было! Приглашай красотку покататься!
Черницын понял что к чему.
– Заходи присаживайся! – Крикнул он Торпеде. – Нас барин изволит прокатить до району!
Пока ехали до районного центра, Черницын несколько раз пытался спровоцировать меня на конфликт. Я же решил не обращать внимания.
Но злоба у него кипела, нужен был выход энергии, и тогда он переключился на Светку:
– Ты тварь! – Злобно сказал он ей – Меня как пацана из моего дома вышвыривают, а ты дрыхнешь! Мразь!
– Черный, я сначала вообще не вкурила, что твориться-то! – Начала оправдываться Светка. – Подумала, что тебя лесники вали́ть пришли за пропитую бензопилу! Потому и зашкерилась я! Потом в окно посмотрела – а там «Вороно́к» стоит. Ну я и поняла, что менты тебя грузят! За что, Чёрный? Ты ж не при делах, да? Не при делах же?
– Глаза, мля, открой! – Заорал Черницын. – Это не менты. Это лепила местный! В тубанар меня везут! Дура!
– Да!? – Удивилась Светка. От удивления её глаза приоткрылись, она посмотрела на меня и водителя: – А что тогда за «ки́пишь»?
Приехали в район. Подъехали прямо к крыльцу тубдиспансера. – Позовите Анну Львовну. – Сказал я медсестре тубдиспансера.
– Уже иду. – Анна Львовна вышла из кабинета. – Я видела как вы подъехали.
– Вот вам Черницын и его сожительница контактная, а мне надо ехать машину дезинфицировать и кварцевать. И больные меня ждут. До свидания! – Сказал я и вышел из тубдиспансера.
– Едем в гараж. На обработку. – Сказал я Коле.
На обработку и разговоры с водителями у нас ушло около сорока минут. Попутно я зашёл к главному врачу, рассказал сегодняшнюю историю. Главный грустно улыбался:
– Ты, Дима, у нас на передовой! – Сказал он. – Только не переусердствуй, пожалуйста. Осторожнее. А вообще не надо было туда лезть без милиции. Мне звони в следующий раз сразу. Понял?
– Понял. Мне пора. – Ответил я и вышел.
На обратном пути я спал сидя в машине. Постоянное недосыпание давало о себе знать.
– О! – Воскликнул Коля – Смотри кто идёт!
Я открыл глаза. Оказалось, что мы въехали в наше село. По дороге шёл Черницын и Светка-Торпеда.
– Обалдеть! – Сказал я. – Они ещё раньше нас вернулись!?
– Ага. – Ответил Коля. – Зато мы машину прокварцевали!…