- Знаю. Ты водку пьешь?
- Нет.
- Тогда заходи, выпьем. А то Надежда Ивановна мне не велит с пьющими пить.
Позвонил Эрнсту Кренкелю. Он всю войну был начальником АртикСнаба, а сейчас - нач. управления полярных станций.
- Весь протух от табачного дыма. Кое-где на станциях цинга. Вот и думаю, как им свежинки подбросить. Опять же готовимся к навигации. Слушай, как бы отметить 10-тилетие?
- А вы поставьте вопрос по начальству.
Позвонил Вале Аккуратову. Подошла его жена - Наташа Конюс, балерина театра Станиславского.
- Вали нет. Он снова в воздухе. Улетел с Крузе. Вчера получила радиограмму с мыса Роджерса. Это восточный сектор? А я - хандрю и танцую, танцую и хандрю.
Занялся приведением в порядок папок. Ну и работка! Уже, в общем, потратил с неделю, а конца еще не просвечивает. И это только накопленное за время войны! А еще - довоенные годы. Уй-ю-ю-ю!
23 марта.
Вчера вечером позвонил мне Кокки. Рассказал, что вернулся из Адлера, летал на один день.
- Какая там весна, Лазарь!
- А ты не дразнись!
- Да, ведь вместе там пировали. Слушай, как летели обратно - умора! Пришли в Москву в 9 ч. утра 21 марта, впрочем, это ничего тебе не говорит, т.к. для тебя это - глубокая ночь. Еще на маршруте получаю сообщение, что ни один московский аэродром не принимает, все закрыты облаками, туман, видимости никакой. Ладно. Летим дальше. Подлетаем к Москве, получаем комплимент: "Сумасшедший, куда лезешь!" Ладно. Находим свой аэродром, садимся. Уже на рулежке слышу, как с командной вышки спрашивают: "Где вы находитесь?" Отвечаем: "У ангара" "Как?!" Представляешь, какая погода, если нас даже не видели, как мы садились.
- Такой полет приятен для пассажира, понимающего в авиации, - заметил я. - Вот "оценил" бы тебя.
- Да. Но у меня же дома Валюша больна воспалением легких. Я не мог ждать - температура 39о, когда улетал. Мой радист сказал: 16 лет летаю, а такого полета не видел.
26 марта.
Сегодня - 29 лет со дня смерти папы. 29 лет!!
9 апреля.
Кожевников рассказывает, что Сталин прочел в "Звезде" (ленинградской) пьесу Симонова "Русский вопрос" и сказал:
- Многие были за это время в Америке, а только он один заметил и написал то, что надо.
Сейчас пьеса уже идет в Москве в театре им. Ленинского комсомола и репетируется еще в 4-х (по другим данным - в 6-ти) театрах Москвы, идет в Ленинграде, во многих городах провинции.
16 апреля.
Солнечный день - второй или третий за всю весну. Снег в городе весь сошел, остался кое-где во дворах, мостовый уже сухие, но тротуары в нашем районе еще сочатся. Холодно.
Редакция внутренне живет самой полнокровной жизнью. По инициативе партбюро решили ознаменовать 35-тилетие "Правды" ( 5 мая) организацией юбилейной выставки, которая затем превратится в кабинет истории "Правды", а затем - в музей "правды" и музей большевистской печати. Создана комиссия партбюро под председательством Поспелова.
Предполагается обширнейшая работа: собирание всех документов за 35 лет, реликвий, фотографий, воспоминаний старых правдистов, наиболее интересных оригиналов, комплектов и т.д. На первых порах порах, к 5 мая, решили организовать выставку в конференцзале 5-го этажа. Председателем Блисковский. Мне поручен раздел (1.5 стенда) - Отечественной войны. Сегодня собираю совещание военных корр-тов, чтобы подсказали - как интереснее сделать это и какие экспонаты нужны. Это должно быть совещание "выдумщиков".
Параллельно бурлит и учебная жизнь. По средам читаются лекции семинара публицистики, по вторникам - лекции по психологии.
Позавчера были в Доме Актера на творческом вечере артиста театра Вахтангова - В.Г. Кольцова. Были показаны отрывки из "Фронта", "Дороги победителей", Чеховского "Предложения", "Егора Булычева". Участвовали М.С. Державин, Мансурова, Астангов, Блажина и др. Очень хорошо.
После спектакля встретились с Рубеном Симоновым - художественным руководителем театра.
- Мы сразу были сегодня на двух веерах - сказал я., - творческий вечер Кольцова и творческий вечер Державина. Он отлично участвовал во всех сценах.
- Да, талантливейшие актеры, - сказал Симонов. - Они выросли у меня на глазах, и я просто любуюсь на них. Когда вы к нам?
- Как позовете.
- Вы этого спектакля не видели? Советую. Но приезжайте быстрее, а то я сам уеду в Армению.
Внизу, в подъезде, я увидел Державина. Месяца два назад вахтанговцы были у нас в доме культуры с показом для журналистов "Правды". Тогда, за сценой, за рюмкой (как раз в это время был оглашен по радио Указ об их награждении в связи с 20 или 25-тилетием). Мы долго с ним говорили. Он жаловался мне на скудость нового репертуара и рассказал между прочим о своей работе над образом советского генерала.
- Меня не удовлетворяло то, что я видел на сцене других театров. Не совсем устраивало и то, что я видел в жизни. После долгих поисков я создал свой тип. И. знаете, ко мне после спектакля нередко заходили генералы и говорили: "Вот такими мы и должны быть! Спасибо!"
Занятно и необычно: не театр черпает у жизни, а жизнь равняется по образу, созданному театром.
Я поздравил Державина с отличным вечером Кольцова и его собственного.
