Звук шагов позади стих. Габриэль с облегчением выдохнул и улыбнулся, но не успел пройти и двух шагов, как что-то ударило его в спину. Удар был таким сильным, что едва не вышиб из Габриэля дух. Габриэль упал и несколько секунд лежал на полу. Приподнялся, когда боль отступила. Август держал между большим и указательным пальцем пульсирующий красный шарик. Увидев, что Габриэль смотрит, он улыбнулся как маньяк, и сжал шарик — тот лопнул, разлетевшись на искры.
— Чёрное искусство, Манриоль, заложено в любом Даре. И если извлечь из него верную формулу, можно и убить, — сказал он и протянул Габриэлю руку.
Габриэль поднялся без его помощи. Злой взгляд отразил веснушчатое лицо. Медленно поднимаясь, Габриэль сворачивал этим взглядом желтоглазому шею, отрывал голову и выкручивал наизнанку внутренности. Август видел в его глазах поэтапные кадры собственной смерти.
— Что ты собираешься делать? — испугался, попятился, выпятил грудь, притворяясь смелее, и побледнел, когда Габриэль улыбнулся. Меньшее, что Август ожидал увидеть, это улыбку.
Холодом и спокойствием ночной гость напоминал белую кобру, готовящуюся к прыжку. Он неторопливо выпрямился и расправил капюшон, оскалил клыки, истекающие смертельным ядом, заледенел, гипнотизируя жертву, и поднял тщедушную руку, утопающую в широком рукаве тёмного платья. Взметнувшись, рука начертила магическую формулу, которая тут же разразилась множеством фейерверков.
Разноцветные искры разлетались и взрывались. Август сперва отпрянул, а потом отошёл немного в сторону, наблюдая, как смешно Габриэль пытается стрясти искры с кончиков пальцев, а потом прячется под полы мантии от залпов, а фейерверки взрываются в его рукавах. Когда всё закончилось, Габриэль осторожно выглянул из-под мантии, и тут на кончиках его пальцев разбился искрами последний салют. Ахнув, Габриэль принялся дуть на руку, затем сунул обожжённый палец в рот.
Август медленно аплодировал. Габриэль потёр щёку, оставив на коже размазанный серый след.
— Браво.
Август уходил, его путающийся в платье силуэт становился всё дальше и дальше. Хлопки стихли. Габриэль выдохнул и осмотрел кончики пальцев, нахмурился и принялся отряхивать руки. Он ещё ни разу не использовал этого заклинания, но на тот момент оно показалось ему самым опасным, из всех, что он знал.
Гнев утих. А был ли гнев?
Глупый мальчик, чей-то нелюбимый полу-обездаренный ребёнок, сбежавший в башню чёрного колдовства, будущее чудовище со змеями на побегушках. Ведает ли он, где оказался? Зачарован ли он здешними колдунами или просто сбит с толку? Или отчаялся, не смирившись с изгнанием? Или так же, как Габриэль, пришёл сюда, чтобы спасти близкого человека?
Наверное, стоило поговорить с ним, хотя бы узнать, куда идти. Габриэль схватился за чемодан, после оглушительных взрывов громыхание колёс не казалось таким громким.
Он не прошёл и пары шагов, как кто-то схватил его за воротник и дёрнул на себя. Так сильно, что Габриэль задохнулся и закашлялся. Ледяная рука сжала шею и ударом приложила Габриэля к стене. Перед глазами из темноты возникло лицо. Белое, гладкое, будто восковое, небритое и погасшее: это было лицо мертвеца, который умер и забыл, что умер, поднялся из гроба и отправился на работу. Мертвец был одет в фиолетовый спальный халатик.
— Колдовать вне уроков запрещено, — голос прозвучал из-под могильного камня. Рука отпустила горло Габриэля.
— Я не знал, господин, — прошептал Габриэль и раскашлялся.
— Пойдём.
Незнакомец грубо схватил Габриэля за руку и поволок за собой. Пресекая попытки Габриэля объясниться, он открыл одну из дверей бесконечного коридора и зашвырнул Габриэля в комнату.
— Я даже не ученик! — прокричал Габриэль, но дверь перед ним с железным лязгом захлопнулась. Щёлкнула щеколда замка.
В воздух поднялась пыль, Габриэль несколько раз чихнул и огляделся. Впрочем, оглядывать здесь было нечего: не отделанные ничем пол, стены и потолок, выделялся только светильник — жёлтая лампочка на гнутой трубке, вокруг неё кружились мошки. Куча дохлых валялось на полу, где были грязные пятна, пахнущие мочой. Может быть, здесь держали негодных учеников сутками и морили голодом? Интересно, здесь уже кто-тол умирал или их успевали вызволить до последнего вздоха?
Это ошибка, всё произошло по ошибке. Скорее всего, тот человек просто не понял, что Габриэль не ученик башни и ещё не знаком со здешними правилами.
— Незнание закона не освобождает от ответственности, — ответил себе он.
Чак подтверждающе пискнул.
За дверью раздались шаги. Габриэль обрадовался, что тот человек понял ошибку и идёт вызволять его, и когда дверь открылась, Габриэль подскочил к ней, но прямо на него незнакомец толкнул желтоглазого мальчика и запер их вдвоём.
— Постойте! — закричал Габриэль и желтоглазый набросился на него сзади и зажал ему локтем рот.
— Заткнись, — прошипел он. — Если жить не надоело. Они не будут разбираться, с кого спускать шкуру.
