Дневники Энди Уорхола полностью

Филлис была очаровательна – вот такая она: счастливая разведенная женщина. Пока мы с ней разговаривали, она вдруг поняла, что я – тот самый человек, который просил у нее разрешения нарисовать ее ногу – стопу, конечно, – где-то в 1958 году. Ее артистическая карьера тогда только началась – наверное, это было в «Бон-Суар» или в каком-то таком же месте, и все эти годы она не понимала, что тогда это был я, и она сказала мне: «О, так ты еще и фетишист!» Филлис не слишком много ела. С нами был Томми Смозерс, а еще Томми Тьюн, который сказал, что в «Илейн» подают самую вкусную еду, он ничего подобного не ел давным-давно, и все на него так посмотрели, будто он совсем чокнутый. Наверняка это так. Потом к нашему столу стал время от времени подходить Адольф Грин, с вот так вот расставленными руками [смеется], и Барри Ландау скорей шепнул Филлис, что она только что послала ему бутылку шампанского. На самом деле это Барри послал ему бутылку, но от ее имени. А Томми Смозерс целовался с Филлис по-французски, и тогда я сказал: «Если ты с ней смог по-французски целоваться, то и со мной сможешь». Ну, он тогда поцеловал меня – так, на троечку, а потом сказал, что остальное будет, когда он получше меня узнает. Дальше мы отправились в «Студию 54», но там почти никого не было. Был Джон Фэрчайлд-младший, он попросил немного взаймы, и я разорвал стодолларовую купюру на две половины, и это его сильно расстроило, но момент был запоминающийся. Я, правда, не сообразил, что он был в пальто, потому что у него не нашлось мелочи, чтобы сдать его в гардероб.

А Хальстон, он такой смешной – неважно, сколько раз мы сталкиваемся друг с другом на танцполе, он всякий раз хватает меня, обнимает, целует и говорит: «Как приятно с вами познакомиться, мистер Уорхол». Заплатил Джону Фэрчайлду-младшему за то, что он охранял меня (20 долларов).

Понедельник, 8 января 1979 года

Позвонил Винсент, сказал, что умер мистер Уинтерс.

Я уже говорил, что на днях в офис звонил Фред? Он еще не добрался до Боготы, они были в каком-то маленьком городе. Он сказал, что и он, и Рейчел Уорд упали в воду из лодки и что она решила никуда больше не ездить, но потом все же поехала. Он сказал, что там по-настоящему опасно.

С ним поехали трое или четверо из семьи Кеннеди и еще Ребекка Фрейзер.

Вторник, 9 января 1979 года

Я хотел посмотреть «Волшебника» (The Wiz), так что мы с Джедом поехали в кинотеатр «Плаза» на такси (такси 2 доллара, билеты 10 долларов). Фильм на вид просто какая-то дешевка, они и Дайану Росс сделали такой некрасивой, да и Майкла Джексона тоже. Наверное, Сидни Люмет ненавидит женщин – он снимал их с такого ракурса, чтобы на них смотрели снизу вверх, так что можно было заглянуть прямо в ноздри Лины Хорн. А она, меж тем, его бывшая теща. Постановка на Бродвее была куда лучше, со всеми этими танцорами из труппы Джефри Холдера.

Среда, 10 января 1979 года

Разговаривал с Винсентом, он ведь ездил в Монток – повидаться с миссис Уинтерс. Он сказал ей, что она может остаться жить в том же домике, если хочет, – у нее ведь есть сын от предыдущего брака, и у мистера Уинтерса тоже, так, может, эти парни смогут ей помогать, и тогда она будет по-прежнему жить там, одна.

Четверг, 11 января 1979 года

Фред вернулся из своей поездки, он очень, очень доволен, потому что похудел на десять килограммов, теперь он снова весит почти 55, отпустил усы, выглядит великолепно, сильно помолодел.

Он привез мне изумруд, и я таких маленьких вообще никогда не видел – достаточно моргнуть, и уже непонятно, где он. В одну десятую карата, и он с сертификатом, сам этот сертификат очень милый. Был на ужине в «Ла Гренуй» с Филлис Диллер и Барри Ландау (такси 4 доллара). Очень многие просили у Филлис автограф, а у меня никто не просил, и она позже [смеется] сказала мне: «Ах, дорогой, прошу прощения, мне было так неловко из-за тебя».

Пятница, 12 января 1979 года

Тинкербелл привела на ланч Кристофера Уокена, ну, чтобы потом у них было свидание. Он теперь стал такой большой звездой, что я совершенно обалдел, когда он сказал: «А несколько лет назад я был партнером по танцам у Моники Ван Вурен». [Смеется.] Ну надо же! Моника, наверное, выделывала свои па в том заведении, которое уже закрылось. Не в «Мезонет», но, может, в «Рейнбоу-рум». Он теперь отрастил усы. Он сказал, что это Моника дала ему имя «Кристофер»[649].

Воскресенье, 14 января 1979 года