Дневники Энди Уорхола полностью

Джед купил квартиру на том же этаже, где живет Стюарт Пивар, – прямо напротив его квартиры, в здании на Западной 67-й улице, рядом с «Кафе дез артист». Он хочет использовать ее как офис для своего бизнеса по отделке помещений, чтобы клиенты и рабочие не ходили целыми днями по моему дому, так что мне можно будет вздохнуть спокойно.

Я позвонил Дженни Хольцер. Сказал, что заеду за ней, чтобы мы вместе пошли на вечеринку, которую Диана фон Фюрстенберг устраивает в честь Дианы Вриланд. Работал до восьми вечера, потом доехал на такси (5,50 доллара) до Джейн в «Вольнэй»[878] на 74-й улице и Мэдисон-авеню, где у них с Расти теперь свой пентхаус. Квартира у Джейн маленькая, но славная. Расти открыл дверь, он округлился – наверное, оттого, я думаю, что провел лето со своим отцом, Ленни; но он все равно такой очаровательный. Это как слушать Кэри Гранта. Он сказал: «Люблю тебя, мамочка». Джейн сейчас занимается инвестициями – в недвижимость и в кино.

Потом поехали на такси к ДФФ [Диане фон Фюрстенберг] (3 доллара). Когда мы входили в вестибюль, позади нас шел Уоррен Битти, однако, едва завидев нас, тут же вышел обратно на улицу – не хотел ехать с нами в одном лифте. Я сказал Джейн, что только что он вошел в вестибюль, а потом тут же вышел наружу, и она сказала, что если бы он ее увидел, он бы так не поступил. И сразу после того, как мы зашли в квартиру, появился и Уоррен, он тут же поцеловал Джейн, а я ему сказал: «Ох, Уоррен, до чего ты противный, что же ты не поехал с нами в лифте?», а он сказал, что искал кого-то, с кем должен был встретиться внизу. Но в гости он пришел один, так что же тогда получается? Он выглядит привлекательно, но немного постарел и немного обрюзг – его прическа типично голливудская, понимаешь, да? Она похожа на шляпу. В гостях был Ричард Гир, я познакомил его с Джейн, и он сказал: «О, Бэби Джейн, вы же легенда. Я читал про вас в “ПОПизме”». Там была Аполлония и Иман и красивая молодая девушка по имени Дайан Лейн[879] – я так и не понял, с Лу Адлером[880] она была или нет.

Четверг, 30 октября 1980 года

В офисе ко мне подошел Джон Кейл, он хотел, чтобы я сделал обложку для его альбома[881]. Он хорошо выглядит. Он был с какой-то девушкой. Я подписал ему все его старые пластинки.

Льюис Аллен пришел вместе с модельщиками, которые делают для его пьесы модель робота с моей внешностью. Нам пришлось просидеть с ними около часа, чтобы модельщики смогли как следует изучить мое лицо и решить, хорошая ли получится из меня модель. Смешные ребята, они из компании Уолта Диснея или что-то такое. Если модель должна двигаться и делать, скажем, три вида движений губами и два вида движений глазами, это достигается применением ста специальных механизмов, а если нужно добавить еще одно движение, тогда, значит, внутрь модели нужно вставить еще примерно двадцать механизмов. Мы все еще не подписали договор с Льюисом Алленом, потому что послали договор Полу Вайсу, а его юристы сказали, что это смехотворный документ, потому что слишком сложно написан.

Пятница, 31 октября 1980 года

Хальстон устроил пьянку-гулянку в своем салоне в «Олимпик-тауэр» в честь дня рождения Хиро[882]. Потом Виктор сказал, что нужно поехать в даунтаун, в новое грандиозное заведение под названием «Сэйнт», оно находится в «Олд-Филмор-Ист», в этом зале для рок-групп. А до этого там был «Виллидж Тиэтер». Мы приехали туда, и Виктор встал на колени, умоляя впустить нас. Я узнал, что клуб принадлежит нашему старому приятелю Брюсу Мэйлману[883], он ведь раньше руководил «Банями святого Марка», и его вечно обуревали всевозможные идеи и проекты. Он, наверное, сам был в «Сэйнте», когда мы пришли туда, но я его, по-видимому, не узнал. Здесь лучше, чем в «Студии 54». У них есть задняя комната, и все выглядят одинаково – в джинсах, без рубашек, с усами; женщин сюда не пускают, за исключением Пэт Кливленд, – а еще они выдали членские билеты десяти лесбиянкам. Ждать членского билета уже нужно два года, однако они сказали, что получить его можно, лишь если кто-то откажется от своего. Шоу со световыми эффектами было феноменальным, совсем как в планетарии Хейдена[884]. Хальстон уехал в три часа ночи, ну и я с ним.

Среда, 5 ноября 1980 года – Дюссельдорф – Баден-Баден – Штутгарт

Проснулся в три часа ночи, услышал печальную новость: Картер очень сильно проигрывает Рейгану. Впервые президент так рано признал свое поражение. И в глазах у него были слезы. Не мог заснуть, поэтому принял валиум.

Четверг, 6 ноября 1980 года – Франкфурт – Дюссельдорф