Потом мы проехались до «Ривер кафе», хотели зайти туда, но там уже закончили подавать еду, поэтому мы зашли куда-то еще в Виллидж, сидели на улице, но еда была жуткая (70 долларов). Мы всех разглядывали, этих накачанных ребят с грандиозной грудной клеткой, тех, кто только что вернулся с Файер-Айленда, и ребят в спортивных трусах, которые фланировали туда-сюда, и у них были видны яйца – это они нарочно так. Жуткие типы. Потом взяли такси до ультрамодной Коламбус-авеню на Вест-Сайде – просто чтобы нас все видели; а там народу – по восемнадцать в ряд, все шли и шли. Это почти как в тридцатые годы, когда люди пытались обратить на себя внимание, вот и устраивали свои выступления прямо на улице.

Понедельник, 3 августа 1981 года

Прошел до Пятой авеню, и когда зашел в магазин грампластинок, там как раз играл Heroin с первого альбома The Velvet Underground, который я продюсировал и для которого сделал обложку. Я не знаю, может, они увидели, что я иду по улице, и потому скорей поставили пластинку, или же она уже у них играла. Было так странно слышать, как Лу поет эти песни, и музыка по-прежнему звучала очень хорошо. Мне тут же многое вспомнилось. В магазине меня попросили подписать этот альбом. У него по-прежнему обложка с бананом, с которого слезает шкурка. Неужели «Эм-Джи-Эм» все еще выпускает эти пластинки? Я ведь не получил ни цента за этот альбом.

Вторник, 4 августа 1981 года

Супруги Эррера вернулись с королевской свадьбы, они пригласили меня на ужин с Джерри Зипкиным, сказали, что позвонят в шесть. Я сказал, что приду, но на самом деле понимал, что не пойду к ним, потому что устал от элегантных людей, я просто хотел побыть с какой-нибудь молодежью.

Потом у меня закончились экземпляры Interview, которые я раздавал, я был около Джона Райнхолда, поэтому зашел к нему, и мы отправились в обувной магазин Маккриди и Шрайбера на 46-й улице и пробыли там целый час, потому что у них хороший кондиционер. Я решил, что продавец обуви – это очень эротичная профессия, особенно если мужчина продает женскую обувь. Зашел в лавку «Джин»[991], разглядывал наручные часы.

Джон улетел в Калифорнию.

Среда, 5 августа 1981 года

Ко мне пришли супруги Трамп. Дональд Трамп с женой и еще две дамы, которые у него работают, надо думать. Миссис Трамп беременна, уже на шестом месяце. Я показал им картины Трамп-Тауэр, которые сделал. Даже не знаю, почему я сделал их столько – восемь штук. В черном, сером и серебристом тоне – последний, по-моему, самый шикарный для вестибюля. Но такое количество работ было ошибкой – по-моему, супруги запутались. Мистер Трамп был разочарован, что все это не скоординировано по цвету. У них там сам Анджело Донгиа работает декоратором, так что они приедут с образцами отделочных материалов, чтобы я мог сделать свои картины в тон их розовым и оранжевым оттенкам. По-моему, Трамп все же прижимистый, у меня возникло такое ощущение. А Марк Балет, который устроил все это для меня, был, пожалуй, даже шокирован его поведением. Но, может быть, миссис Трамп решит заказать портрет, потому что я показал им портреты Линн Уайет, которые стояли позади картин их здания, – может, они поняли намек. Джон позвонил из Голливуда.

Четверг, 6 августа 1981 года

Сегодня мой день рожденья, и я сказал всем в офисе, что даже если они просто что-нибудь скажут про это, я их тут же уволю. Бриджид хотела взять отгул, но я не позволил – я был сегодня сам мистер Брюзга. Правда, отпустил всех с работы за пять минут до окончания рабочего дня. Самое смешное было утром, когда Бриджид пошла в гастрономическую лавку внизу и услышала, как какой-то диджей сказал по радио: «А еще – поздравляем с днем рождения Энди Уорхола, которому сегодня исполняется шестьдесят четыре года!», и она все смеялась, что они добавили мне целых одиннадцать лет. Джон Райнхолд прислал мне в подарок алмазную пыль на 500 каратов. Это примерно полбанки томатного супа. Еще он прислал двадцать семь роз. Кстати, алмазная пыль способна убить человека. Хороший способ от кого-то отделаться. Еще мне звонили из Голливуда. Джон не вспомнил, что сегодня у меня день рождения, ну и отлично.

Суббота, 8 августа 1981 года

Позвонила Дженни Хольцер, сказала, чтобы я обязательно пошел на Восточную 66-ю улицу, дом 4 – там один парень, который учится в киношколе Колумбийского университета, и несколько его друзей снимают «андеграундное кино», используя дорогое оборудование для 35-мм пленки. Я отправился туда, но ужасно разочаровался, потому что вот ведь какое дело – прошло двадцать лет после моих андеграундных фильмов, и теперь здесь снимают все эти красивые богатые молодые люди – они ведь еще богаче, чем те, прежние, и квартиры у них еще больше, чем у тех, кто участвовал в моих фильмах. И мы услышали, как они сказали, что им не хочется, чтобы на переднем плане были старики. Я расстроился и отправился восвояси.

Перейти на страницу:

Похожие книги