А поскольку я звонил Жан-Мишелю насчет арендной платы, мне вдруг стало так неудобно, что я на него надавил, что я пригласил его пойти со мной на хоккей, даже отпустил Джея домой пораньше, чтобы он успел завезти ему билет. Еще: заходил Робин Геддис, интересовался, нельзя ему снова у нас работать, в том же качестве, что и прежде, однако Фред вынужден был ему отказать. Фред позвонил мне напомнить, чтобы я не надевал джинсы на хоккей, потому что после матча мы отправимся в ресторан «21».
Потом я побывал у этого специалиста по шиацу, которого порекомендовал мне Ричард Вайсман, и он занимался мной полтора часа, он был действительно хорош, настоящий профессионал. Он сказал мне, что когда я кладу ногу на ногу, мне нужно перекрещивать их слева направо или справа налево – я забыл, как именно, потому что одна сторона слабее другой, но я ему на это ответил, что я вообще никогда не кладу ногу на ногу [
Я соврал ему насчет своего возраста, сказал, что мне сорок четыре. Он ответил: «О, так и мне столько же!» Он, наверное, понял, что я сказал неправду. Однако после занятия с ним я чувствовал себя совершенно замечательно.
Четверг, 15 декабря 1983 года
Во время занятия с Лидией я перетренировался. Или это у меня, может, рак паховой области, я не знаю. Я решил начать пить воду вместо кофе. В офисе сегодня невероятно бурная деятельность. Винсент оплатил счета. Томас Амманн показал новые картины в доме: Бальтюс, Пикассо 1923 года и Утрехт. А что мне делать с этими рождественскими елками, которые прислал мне Томми Пашун? Пять маленьких елочек. В прошлом году все мои рождественские елки засохли – и это после того, как я любовно за ними ухаживал, опрыскивал водой, делал все, как полагается.
Пятница, 16 декабря 1983 года
Зашел в несколько магазинов, где был неделю назад и попросил отложить вещи для меня, – и ни в одном из них никто ничего для меня не отложил. Короче, я сэкономил кучу денег. Хотя, с другой стороны, я дико разозлился и всех их возненавидел, потому что они не отложили вещи для своего постоянного покупателя. В общем, пошли они к такой-то матери.
А Лорна Луфт такая гадкая: специально решила забеременеть и родить, потому что прекрасно знает, что Лайза на это не способна. Я работаю сейчас над картиной, чтобы подарить ее супругам Джиро. Может быть, я сделаю ее по фотографии Лайзы и Джуди, которую на прошлой неделе напечатали в «Пост». Пошел погулять с Джоном, и мы случайно столкнулись с Янном Уэннером в нашем районе – он увидел меня издалека, за квартал, сам к нам подошел и потом пригласил зайти в бар пропустить стаканчик. Я сказал: «Ох, Янн, что ж ты всех своих лучших друзей облил грязью в этой своей заметке про “Перехваленных личностей”, а?» А он ответил: «Ну почему, я, например, заставил их убрать из этого списка Гилду Рэднер[1220]». А меня при этом даже не упомянул! У него огромный пивной живот и волосы опять длинные-предлинные.
Суббота, 17 декабря 1983 года
Ланч в компании Бо Полка в ресторане «21». Я спросил Джона, не хочет ли он к нам присоединиться. Заехал за ним, и мы отправились на 52-ю улицу и Пятую авеню. Вышел из такси (5 долларов) и, случайно повернув голову, увидел, как какая-то машина сбила человек пятьдесят… Ко е -кого так подбросило в воздух, что они даже пролетели на некоторое расстояние. Было похоже на сцену из фильма. Когда машина наконец остановилась, пострадавшие лежали повсюду на тротуаре, а остальные, крича от ужаса, бежали куда глаза глядят. У меня даже тошнота к горлу подступила. Джон ринулся на место происшествия, чтобы попытаться кому-нибудь помочь. Некоторые прохожие – те, кого машина не ударила, – тоже пытались помочь пострадавшим, но были и такие, кто пытался вырвать у пострадавших покупки из магазина «Картье». Джон обнаружил молодого человека, который лежал на тротуаре, около него никого не было, он оказался студентом из Йеля, попросил Джона засунуть коробочку от «Картье» к нему во внутренний карман, чтобы ее никто не украл. Машины «скорой помощи» появились буквально через несколько секунд. Много карет скорой помощи «Эмпайр». Как они смогли так быстро добраться сюда, удивился я. Кругом был хаос. Я стоял рядом с Джорджем Плимптоном и спросил его, собирается ли он идти на ланч, но он мне даже не ответил, он невероятно важничал. Когда Джон вернулся ко мне, я ожидал, что он будет весь в крови, однако оказалось, что это не так.
