Дневники мотоциклиста. Часть Вторая полностью

Настоятельно рекомендую. И передавайте пламенный привет от «Los Cuatro Joerrigos»!

В самый разгар праздника живота заглянули девчонки, уже втроём (молодец лётчик!) Сказали, что на море уже, наверно, поздновато (как это «поздновато», что это за «наверно»? Постойте-ка…), а перед дискотекой они за нами ещё отдельно зайдут. Алишка во время разговора, чисто невзначай, потрепала меня за волосы – расставила приоритеты, стало быть, застолбила.

(Они нас уже распределили? А-а-а, пацаны! Мы на Кубе!)

После их ухода, во время послеобеденной расслабленной сиесты Бадди Марк, раскачиваясь в кресле и пыхая сигарой, принялся разглагольствовать о своём шестом чувстве, которое его ещё никогда не подводило. Про надежду, которая нас не должна покидать, и про терпение, которым мы должны запастись. И про райские кущи тоже что-то упомянул:

Заручившись столь обнадёживающими выкладками нашего заокеанского аналитика, мы погрузились в сладкие дремотные грёзы. Мы были в этот момент, пожалуй, как никогда близки к пониманию широкой кубинской души на грани вечной «маньяны». Из колонок нас убаюкивали «Лос Дедушкос». Мы вальяжно покачивались в креслах, уже без боязни опрокинуться (после успешных крэш-тэстов и трэс-рюмкас), попивали кофе по-кубински и рон по-русски, заедая экзотическими фруктами и дымя знаменитым кубинским табаком. И уже совершенно никуда не торопились. Потому что само счастье посетило нас и покачивалось в соседнем кресле. ФЕ-ЛИ-СИ-ДА-ДА!

Хесус в качестве очередного жеста доброй воли приготовил нам фирменный коктейль «Канчанчара» («стронге, спешли фор кул рашенс») [76]. Нигде, кроме как здесь, в Тринидаде эту гремучую смесь рона, мёда и лимона больше не подают. А жаль – «мучо бьен» коктейль.

Со Сра Мартой в Санта-Кларе договаривался в основном Эль Капитан Бобб, особенно продвинувшийся среди нас в изучении испанского. Все основные переговоры на этот раз взял на себя Марк. Ведь Хесус довольно сносно понимает английский. Пока Марк не забывается и не начинает нестись куда-то, зажёвывая по-америкосски буквы и слова.

Также наш Человек-шило и Человек-занести-ногу-над-лежаком успел познакомиться с другом семьи – молодой шведкой, которая всё время крутилась поблизости. Эта живет в Тринидаде более полугода с целью изучения языка и обычаев (как чайной ложкой щи хлебать). Умничка. Шведка «Светка» сказала, что мало встречала таких добрых и отзывчивых людей, как Хесус с Анай (неужели, и впрямь, без развода? Чудеса). Пока Марк трещал со Светкой, я стоял поблизости, внимая этому журчащему потоку. И постепенно ловил себя на мысли, что бо́льшая часть разговора доходит и до меня. Их-ха!

Допили последний Чивас. Душе хотелось праздника. Песни хотелось. Точно – песни! Я Марику говорю:

Прикольно у Иисуса просить… «ля гитарру» Но гитары не оказалось. Стали петь а-капелла: Цоя, Чайф, «Губы окаянные»… короче, нашу стандартную программу. Хесус подходит:

Подумали и затянули «Вот кто-то с горочки спустился». Да так ладно вышло, сами не ожидали. Сорвали аплодисменты присутствующих: хозяев, прислуги и гостей. Те, затаив дыхание, слушали, побросав свои дела и разговоры. Без ложной скромности – произвели среди местного населения локальный фурор. Ведь тот, кто с песней по жизни шагает, тому всегда и везде зашибись [80].