– Пока здоров, тьфу-тьфу, – отвечаю ему. – Не скучаю, веселюсь. Последнее время занялся тем, что «качаю» права пенсионера-обывателя. Написал письма Путину и в Думу с критикой закона о принудительной автомобильной страховке. Прошу всех при случае, в том числе тебя, оказать поддержку, написать тоже что-нибудь по этому вопросу. Отправил два письма Чернецкому об автомобильной стоянке в нашем дворе.
Расстались с пожеланиями друг другу здоровья и успехов.
Привожу ниже свою переписку по автостоянке, как пример элементарной несостоятельности современной демократической власти.
Первое письмо.
«Уважаемый Аркадий Михайлович! Я проработал 50 лет, и всю свою жизнь писал в различные государственные организации, насколько мне помнится, только по вопросам как сделать то, чем я занимался, лучше, быстрее и дешевле. Сейчас вынужден обратиться к Вам с проблемой сугубо приземленного бытового характера.
Речь идет о дворовых автомобильных стоянках вообще и, в частности, о таковой во дворе домов № № 24/1 и 24/2 по улице Стахановской, где она обрела предельно недопустимые, с точки зрения здравого смысла, формы. На площадке, рассчитанной на нормальную стоянку 10 машин, загоняется на ночь чуть не добрая их сотня, из них два – три десятка размещаются прямо на газонах и тротуарах непосредственно под окнами нижних этажей названных домов. Практически до часу ночи не прекращается шум подъезжающих на стоянку машин, с пяти утра – отъезжающих со стоянки, а в промежутке этих 4-х часов периодически раздаются резкие звуки от самопроизвольных включений их систем противоугонной сигнализации. Люди не спят, мучаются, возмущаются.
Обращения в различные районные и городские организации, включая мою личную просьбу бывшему Вашему заместителю Ю. В. Осинцеву, блокируются ссылками на отсутствие законов «прямо запрещающих», видите ли, размещение во дворах жилых домов подобного рода заведений. О том, что при этом нарушаются элементарные, законом установленные, права граждан, которым соответствующее жилье было предоставлено заведомо до появления данных стоянок, естественно, умалчивается. В крайнем случае, все заканчивается выражением сочувствия.
Отдавая должное сложности проблемы и определенной материальной и прочей заинтересованности другой стороны, нельзя ли все же разрешить этот вопрос в общей его постановке и, конкретно, по упомянутой улице Стахановской? Ведь речь идет об элементарных правах населения на спокойный отдых в своих домах. Я не говорю о возможных других последствиях размещения большого количества автомашин непосредственно вблизи жилого дома (взрыв, пожар, создание аварийных ситуаций не выспавшимися и нервно-возбужденными людьми на их рабочих местах…).
Прошу Вашего личного вмешательства. Было бы неплохо для начала, в рамках кампании по весенней очистке города, поручить кому-нибудь из Ваших ответственных работников посетить наш двор, желательно часов в 7 утра, дабы персонально и наглядно убедиться в мною здесь приведенном.
С уважением и надеждой на положительное разрешение данного вопроса».
Получаю ответ-отписку от районного РУВД, суть которого видна из моего издевательски-вежливого второго письма Чернецкому.
«Уважаемый Аркадий Михайлович! 22.04.03 я обратился к Вам лично с письмом относительно размещения несанкционированных автомобильных стоянок и, в частности, о таковой во дворе домов № № 24/1 и 24/2 по улице Стахановской. Естественно, я сделал это только после моих безуспешных попыток разрешения проблемы в различных нижестоящих органах, и потому рассчитывал на личное ее Вами рассмотрение.
К сожалению, Ваш Комитет административных органов продей-ствовал, как у нас принято, сверхформально и потому оперативно переслал его для рассмотрения и ответа Орджоникидзевскому РУВД и отделу административных органов Орджоникидзевского района.
Письмом от 26.05.03 на бланке начальника Орджоникидзевского РУВД Александрова я получил ответ в варианте мною ожидаемом, и даже хуже. Письмо составлено так, будто автором его являлся не работник РУВД, а сам хозяин автомобильной стоянки.
Вместо моих на стоянке «чуть не доброй сотни машин» (фактически в пределах 80) в нем сообщается о том, что их число «не превышает 50 единиц» и они, к тому же, якобы, являются все «автомобилями жителей близлежащих домов»; что охрана их «производится из металлической будки» и будто бы даже «силами самих автовладельцев»; что, тем не менее, охранники стоянки «привлечены к ответственности»; что теперь «в ночное время автотранспорт на газоне не паркуется» и, даже больше, «нарушений парковки автомобилей не выявлено» и далее на уровне либо констатации очевидного, либо осознанно искаженного и не соответствующего действительности. Надо же придумать: ничего «не выявлено». Хотя за все три прошедших месяца абсолютно ничего не изменилось, за исключением разве отмеченной в рассматриваемом письме части одного из газонов (который выдается тут за все газоны двора), огороженной возмущенными жителями первыми попавшимися под руку и забитыми как попало в землю трубами.
