— Не поехать ли мне с вами, я бы взял отпуск, — предложил штурман неожиданно. — Вдруг я найду того типа.
— Каким образом? — усмехнулся лейтенант. — Что вы о нем знаете? Видел-то его Роман. Сейчас это уже наша забота. А вы сделайте для себя кое-какие выводы. На будущее. Не всегда молчание золото.
Вечером Гостев, отметив командировку, вылетел домой. Он так устал за последние двое суток, что мгновенно уснул, даже не отстегнув привязных ремней.
— Час от часу не легче, — недовольно бросил начальник райотдела, выслушав доклад Гостева о результатах командировки.
Полковник понял, что цепочка следов, правда, весьма тощая, тянется в Кемеровскую область, на станцию Юрга. Хорошо бы получить подробную информацию об обстоятельствах гибели неизвестного парня. Надо срочно телеграфировать кемеровчанам…
У дверей кабинета Гостева с Плотниковым ждал Соловейчик. Глаза его возбужденно блестели.
— Не мог вас раньше найти, товарищ старший лейтенант!
Яков закончил подробный рассказ о своих злоключениях и положил на стол листок с данными на парня с портфелем. Гостев развел руками.
— Ай да Яша! Теперь мы с Павлом Антоновичем можем без угрызений совести менять специальность. Смена идет надежная, даже отчаянная. Только такую самодеятельность разводить не надо.
Соловейчик не сразу понял, шутит лейтенант или говорит серьезно, но ему вовремя подмигнул Плотников. Дескать, ты сделал нужное дело, а на будущее учтешь.
— «Заремский Александр Яковлевич, 1950 года рождения, проживает по улице Парашютистов, 12, квартира 32, — начал читать Гостев. — Холост, работает наладчиком на инструментальном заводе. Имеет на руках командировочное предписание (№ такой-то) в город Пермь сроком на десять суток…» Прекрасно! Опиши-ка нам, Яков, его внешность.
Выслушав описание, инспектор сказал без раздумий:
— Почти на все сто это тот самый парень, которого Зоя Сабинина видела в аэропорту. Занятное совпадение. Сейчас организуем звонок нашим пермским коллегам: пусть посмотрят, чем этот бойкий мальчик там занимается. А местную информацию на него соберем завтра. Теперь остается еще один вопрос, причем наиболее темный: при чем здесь механик Ахлюстин?
Утро следующего дня прошло в беспокойном ожидании. К обеду поступила первая телефонограмма из Кемерово. Гостев с жадностью прочел наклеенные на лист бумаги узкие телеграфные полоски.
