Дорога обратно, до базы Монолита, заняла вдвое меньше времени. Турист молча сосредоточенно практически наступал на пятки Дыма, а через выдохшееся аномальное поле прошел будто робот, полностью поглощенный предстоящей задачей. Вот наконец распахнулись широченные бронированные двери подземного корпуса, множество неудобных ступенек вниз, когда приходится для шага выдвигать ногу дальше чем обычно, и наконец вторая дверь, за которой уже такая знакомая «столовка». Телефон лежал один-одинешенек на краю ближайшего стола, и Турист незамедлительно схватил его. Аппарат оказался включенным, а батарея полностью заряженной.
– Есть не хочешь? – внимательно глядя на парня, спросил Дым.
Турист отрицательно покачал головой. Съеденный уже много часов назад рацион до сих пор давал ему ощущение сытости.
– Я только воду обновлю, – проговорил Турист и проскочил в уборную, где, глядя в зеркало на свое серьезное лицо, ставшее как будто старше, обновил воду во фляжке и напился прямо из крана. Вода была хорошей, не просто хорошей, а приятной. Легкой на вкус, слегка пузырилась воздухом на языке и, казалось, не занимала места в желудке. Приладив флягу к поясу, он выскочил обратно, где его ожидал Дым с последними инструкциями.
– Тревожная кнопка в телефоне. Звонить никуда не надо, просто выключишь его, он пошлет сигнал. То же самое если включишь. Встретишь Ходока, про нас ни слова, твое дело на несколько минут, потом появляемся мы. Понял?
Турист кивнул, от волнения пережало горло, и только сглотнув, он смог сказать:
– Да.
– Ну все, Турист, ждать нечего, вперед с песней… ну то есть… – Дым осекся. – В общем, иди.
Парень развернулся и, чувствуя, как у него слегка холодеет внутри, двинулся наверх, через услужливо распахнувшуюся дверь. Взглянув на телефон, засек время: двенадцать ноль-ноль. Со слегка учащенным сердцебиением одолел лестницу и вышел на воздух. Легкая дымка облаков сдерживала палящее где-то там вверху солнце, но от земли тянуло прохладой. Коротко вздохнув, Турист пошел по уже известной тропе, стараясь не глядеть по сторонам. Территорию разбитых гаражей прошел почти бегом, уже не обращая внимания на ямы и участившихся мошек, так же не глядя прошел строения, где находились монолитовцы, и позволил себе поднять голову и как следует осмотреться только на контрольной полосе. Как он ни пытался вспомнить дорогу через контрольную полосу целиком, вспоминались только фрагменты, одно было хорошо, виднелись оставленные им следы. Смахнув со лба выступивший от быстрого хода и волнения пот, он, словно цапля на болоте, высоко задирая ноги двинулся по тропе. Наконец добрался до черепа кровососа, оглянулся через оба плеча и, достав телефон, принялся фотографировать. С каждым едва слышным цыканьем телефона, сообщавшем о том, что снимок сделан, ему становилось легче. Вдоволь нащелкавшись и бережно уложив череп глазницами вниз, он одолел последние сто пятьдесят метров на одном дыхании.
Теперь дело предстояло за малым, добраться до остатков костра и разложить там свой. Вот только Мертвый Лес, с его неестественным мрачным цветом деревьев и паклями жгучего пуха, не очень-то вдохновлял на уютные посиделки. Стараясь не думать вообще, Турист добрался до остывшей стоянки Ходока и, подобрав несколько палочек, относительно чистых от жгучего пуха, принялся ломать их, создавая, по его мнению, неприемлемый шум, который все же быстро терялся в скрадывающей звуки забитой пухом атмосфере аномального леса. Сломав достаточное количество для небольшого костерка, он решил, что время будет тянуться долго, а сколько просидеть ему здесь придется, непонятно, в любом случае подготовить дрова лучше сейчас, чем потом, когда солнце скатится с небосвода, а сумерки Мертвого Леса станут еще гуще. В конце концов Дым сказал, что здесь достаточно безопасно… или не сказал, и вообще, должен же он сфотографировать еще что-то кроме черепа кровососа. «Самое интересное, что фотографии в Ютюбе пойдут за фейк, а вот видео… – думал про себя Турист, начиная улыбаться. – А вот видео раскритиковать будет намного сложнее», – достав свой «Нокиа», он включил и настроил камеру. Камера была хорошей, вполне сносной для домашнего видео, сама адаптировалась под освещение, контрастировала, схватывала движения. Добившись, когда наконец электронный мозг сообразит, как правильно настроить объектив в таком сумрачном, съедающем все границы освещении, Турист включил запись.
