Кира неотрывно следила за дверьми магазина, сглатывая голодную слюну. Есть хотелось неимоверно! Казалось, что еще немного, и она начнет бросаться на прохожих. В памяти всплывали всего две тарелки: суп и уха – все что она смогла съесть в течении этого времени. А также две банки тушенки, которые так и остались нераскрытыми в ее походном рюкзаке. От обиды хотелось кусать руки. Благоразумность, граничащая с жадностью, не позволяла прикончить все запасы за раз, подсказывая, что лучше растягивать еду насколько возможно, ведь было неизвестно, как долго она застряла в том лесу, и как далеко до людей, у которых можно было пополнить запасы. Что ж, из леса она выбралась, пусть и не совсем по своей воле, но люди оказались ой как далеко-о-о, если они вообще есть в этом бредовом мире.
Злясь на свою нерешимость, девушка сжала кулаки и еще раз посмотрела на бумажки, добытые у медведя, которые, – о чудо! – оказались подозрительно похожи на деньги! И что ее особенно удивило и обрадовало одновременно – она узнала на них арабские цифры, пусть по-прежнему не могла ничего прочесть! И если эти цифры (при условии, что это и вправду они), по большей части похожи на знакомые ей, то она сможет их потратить! С математикой у нее серьезных проблем не возникало, язык денег должны понимать в любом обществе, а вот поход в наполненное разнообразными зверями закрытое место, где тебя в любой момент могут опознать...
Кира с сожалением осмотрела себя. Да такой кошмар даже за порог не пустят. Выглядит она, как настоящий бомжара со стажем. А что если... Хм...
Затаившись, человек начала подгадывать момент, когда по полупустой улочке, где она скрывалась, пройдет кто-то ее размера и с подходящей одеждой. Понимая, что это может занять весь день, а кушать хочется сейчас, она все равно не отказалась от этой авантюры. Но госпожа Удача улыбнулась ей в этот нелегкий час.
Громко цокая полированными копытами к ней приближалась белоснежная пони в длинном желтом платьице с черными кружевами, сумочкой и широкополой желтой шляпкой с (то, что надо!) черной фатой, кокетливо прикрывающей половину вытянутой морды с розовым плюшевым носом. Ветер развевал длинные роскошные белые гриву и хвост, украшенный бантиком. Большой синий глаз, не скрытый фатой, с длиннющими темными ресницами томно оглядывал приветливо улыбающихся ей прохожих.
Какая красотка!
Кира невольно подалась вперед, едва не раскрыв себя. В детстве она очень любила лошадей и даже полгода ходила в настоящую конную школу, пока не подхватила от любимцев какую-то кожную заразу и еще полгода не лечилась от нее. Тогда иммунитет у нее был не тот, что сейчас, и любовь к лошадям поостыла. Но глядя на это белоснежное великолепие начинаешь вновь разгораться любовью к этим благородным животным. Как жалко будет испортить такую картинку...
Кобылка коротко взвизгнула, когда кто-то напал на нее со спины, зажимая рот, и утащил в тень, из которой выполз. Обернувшиеся прохожие лишь пожали плечами, ничего не увидев. Мягко, почти любовно, Кира нажала на точку под челюстью своей добычи и едва удержала обмякшую тушу. Тяжелая! Как бы спину не надорвать!
Девушка с трудом стянула со своей добычи платье (Великовато, болтается, как мешок картошки!) и примерила шляпку, повернув фату так, чтобы та полностью закрывала ее лицо. Сетка была крупновата и просвечивала, но быть может, если она сделает все быстро, то никто ничего не заметит? На пони все смотрелось великолепно, а на человеке – как на резко похудевшей бледной моли, с какого-то перепугу вырядившейся в костюм пчелы и в армейские ботинки. Ну да и пофигу! Свою одежду она без зазрений совести выбросила в мусорный контейнер, который стоял неподалеку.
Как следует подбодрив себя, Кира смело направилась к дверям магазина. Гепард-охранник проводил ее удивленным взглядом, задержавшись на обуви, выглядывающей из-под платья, но задерживать не стал. Какое ему дело до того, как ходят покупатели?