Его внезапный дотошный допрос задел меня, не меньше чем, равнодушная реакция после. Хотя поцелуй на прощание, наоборот, был чересчур трепетным…
Приближаясь к дому по каменной тропинке, блестящей от влаги, удивлённо оглядываю скошенную лужайку и подстриженные кустарники.
– Моё возвращение в Оттаву ненадолго откладывается, Эль, – звучит бархатный мужской тембр, – Но, если, всё же решив встречаться дальше, ты придёшь снова, – Нил и, правда, проницателен! – То должна знать. Наличие в твоей жизни спутника любого пола исключает отношения со мной, – его слова, казалось бы, произнесённые в самый подходящий момент, болезненно скручивают во мне главную мышцу. – Я не привык делить женщину. А, тем более, когда хочу большего, – Не совсем понимая, о чём говорит британец, прерываю запись.
Уверенно положив на стол ключ и цветок рядом, я навсегда покидаю этот особняк. Удручённо спускаясь вниз, ловлю себя на мысли, что невольно ревную к самостоятельно созданному образу блондинки с серыми глазами и нескучной историей.
Обратная дорога выматывает меня ничуть не хуже тренировки с Сэмом. Заказанное мной такси опаздывает на двадцать минут по причине поломки. Изнуряющая жара давит на голову, без того гудящую от сумбура в ней. Тело моё стонет, прося прекратить сознательное издевательство.
Наконец, добравшись до своей квартиры, я сразу снимаю парик с линзами, и раздражённо засунув их в мусорное ведро, навзничь падаю на диван.
Тёплый ветер гоняет по улицам золотисто-багряную листву. Бескрайнее синее небо сияет, отражаясь в прозрачных водах озёр. Волшебная осень взывает вдохновиться красотой природы и раствориться в её изумительных пейзажах. Но мне некогда гулять и любоваться сентябрьским городом. В офисе дел невпроворот, и я практически безвылазно нахожусь тут. А учитывая тот факт, что второй месяц, не удовлетворяя физиологических потребностей, всё чаще прибываю в плохом настроении и, иногда превращаясь из уравновешенной мисс Янг в настоящую фурию, стараюсь вообще не выходить из кабинета. Сотрудники соблюдают дистанцию, Саймон терпеливо сносит придирки начальника, а София, выполняя массу поручений, словно робот, без распоряжений задерживается со мной допоздна.
Но, даже работая в бешеном ритме, совершенно не валюсь вечером с ног от усталости и, коротая бессонные ночи у холста, в попытке уйти от реальности, рисую свой маленький шедевр.
И, вот в очередной раз, взяв кисть в руки после насыщенного трудового дня, абстрагируясь от душащих чувств, с наслаждением вдыхаю восхитительный запах масляной краски. Перестав жалеть, пусть лишь на некоторый отрезок времени, о путешествии на Барбадос и терзаться незаданными вопросами, постепенно успокаиваюсь.