До тебя полностью

Она приподнялась и прижалась к моим губам, обхватив меня рукой за шею. Я потянулся к ящику тумбочки за презервативом, которым совсем не хотел пользоваться с ней, и резко замер, почувствовав, как наслаждение вспыхнуло в области паха и разлилось по бедрам.

Моя рука упала обратно на кровать, да и сам я чуть, черт возьми, не упал на нее всем своим весом, ошарашенный.

Твою мать!

Тэйт обхватила мой член и медленно водила рукой вверх-вниз.

Господи. Я зажмурился.

Нехорошо.

Тэйт заслуживала того, чтобы все было медленно. Она заслуживала нежности.

Но шансов на то, что сегодня все будет медленно и нежно, было практически столько же, сколько у меня шансов попасть в Уест-Пойнт, как хотел ее отец. Медленно и нежно она не получит.

Я буду трахать ее как ненормальный.

Полностью сняв с нее бюстгальтер, я уложил Тэйт обратно на кровать и склонился к ее полным грудям, целуя их по очереди и ритмично двигая бедрами, пока мы оба не были более чем готовы.

– Джаред, ты уже собрался?

Что?

Стук в дверь и мужской голос, от которого мы оба резко вскинули головы.

Сэм.

Меня бросило в пот, а член пронзила острая боль.

Черт. Нет. Этого не может быть.

– Я его убью, – изрыгнул я, а потом заорал, повернувшись к двери: – Спускайся вниз!

– Мы и так опаздываем, старик, – не отступался он. – Машина заправлена. Поехали!

Как я, блин, мог забыть, что он должен вернуться? Нужно было запереть входную дверь.

Проклятье!

– Я сказал, подожди внизу, Сэм!

– Ладно! – Тень под дверью исчезла.

Господи боже, мое чертово сердце выпрыгивало из груди, я был так взбешен. Тэйт прикрыла грудь руками со смущенным и встревоженным видом.

Я поднялся с кровати и вскинул руку в попытке ее остановить.

– Нет, не одевайся, – скомандовал я. – Я избавлюсь от него, и мы закончим то, что начали.

– Ты сегодня участвуешь в гонке? – спросила она тихо, садясь на кровати.

Я натянул джинсы.

– Уже нет.

Хрен с ней, с этой гонкой. У меня не было денег, чтобы завтра расплатиться с отцом, но прямо сейчас я чувствовал, что ничто не может ни сломать меня, ни причинить мне боль.

Все, кроме нее, померкло.

– Джаред, езжай. Все нормально, – прошептала она, вставая и одеваясь. Она выглядела совсем иначе, нежели несколько мгновений назад. Мне хотелось понять, что творится у нее в голове, потому что она, похоже, снова начала думать.

Однако я не дал ей шанса все испортить. Поднял ее и усадил на край комода, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

– Гонки не важны, Тэйт, – мягко произнес я, приблизившись к ее губам. – Я хочу быть рядом с тобой, больше нигде.

Ее глаза, в которых смешивались счастье и сомнение, метнулись в сторону, а потом снова посмотрели в мои.

– Тогда возьми меня с собой, – предложила она с дразнящей улыбкой на губах.

– Взять тебя с собой? – Я быстро все прикинул. Так я смогу заработать нужные мне деньги, а потом вернусь домой вместе с ней. – Хорошо, иди, оденься потеплее, и я заеду за тобой, когда мы будем готовы. – Я нежно погладил ее по бедру и пошел к двери. – А после гонки, – я повернулся и посмотрел на нее, – мы вернемся сюда и доведем дело до конца.

И это была не просьба.

Она пыталась спрятать улыбку, и ее глаза, сверкающие и теплые, игриво смотрели на меня.

Я отправил Сэма на трек первым, а сам, прежде чем зайти за Тэйт, снова пошел принимать душ.

Снова холодный.

– Ты хорошо здесь смотришься! – громко сказал я, бросив взгляд на Тэйт, сидевшую на пассажирском сиденье. Я пытался перекричать песню Heaven Nor Hell группы Volbeat.

Тэйт была рядом со мной, в моей машине. И я чувствовал, что так и должно быть.

– Я лучше смотрюсь на твоем месте, – парировала она, и на меня нахлынули воспоминания о том, как она участвовала в гонке за рулем «Босса».

Да, с этим я поспорить не мог.

А еще я чертовски хорошо помнил, какой она была на вкус полчаса назад.

Мне хотелось поскорее вернуться домой, а когда я увидел впереди свет фар, машины и зрителей, я и впрямь едва не повернул обратно.

Судя по тому, что я видел, здесь сегодня собрался весь гребаный город. Я закусил губу, меня беспокоило, с кем мы столкнемся и чего от меня ждала Тэйт.

Я всегда приезжал в такие места один.

Ты всегда будешь один, сам знаешь, что так лучше.

Девушкам нравятся публичные проявления чувств. Им нужно держаться за руки, обниматься – все эти розовые слюни, от которых я был далек. Наедине я бы с радостью заявил на нее свои права, но на людях мне не нравилось показывать, что меня что-то волнует.

Скопление машин, устремленные на нас взгляды – мы въехали на Петлю, и между нами с Тэйт словно выросло невидимое препятствие.

«Босс» вполз на трек, песня Volbeat закончилась, сменившись другой, а я просто выдохнул и решил делать то же, что и всегда.

То есть ничего.

Наши с Тэйт отношения пока еще были под вопросом, и я надеялся, что смогу прояснить ситуацию позже, а пока… все должно быть просто.

Я включил нейтральную передачу и поставил машину на ручной тормоз, а Тэйт отстегнула ремень безопасности и потянулась к двери.