Пассажиры «Конкордов» были самыми уважаемыми клиентами авиакомпаний. За ними присылали специальные машины, носильщики встречали их в аэропорту. Стюарды и стюардессы рассаживали их согласно рангу – передние кресла были нарасхват, их приходилось заказывать заранее.
Дизайном салона занимался великий Раймонд Лоуи, нарисовавший посуду и серебряные приборы для пассажиров первого класса. Одежду для стюардесс шили Диор, Баленсиага и Кристиан Лакруа. На высоте шести километров в пути из Парижа в Нью-Йорк пассажиров ожидал, вероятно, лучший в мировом небе обед, приготовленный командой «воздушных поваров» под руководством Алена Дюкасса.
На борту было тысяча четыреста килограммов разнообразной французской гастрономии. Начинали с черной икры, потом переходили к бретонскому омару. За омаром следовала рыба на гриле или телятина с трюфелями, завершали обед ананасы, десерты, кофе и ликеры. Запивали все это винами, отобранными лучшими сомелье Франции. Правда, когда стюард предложил вина Иоанну Павлу II, папа римский улыбнулся: «Не могу, начальник слишком близко».
«Конкорд», как когда-то «Титаник», был создан для трансокеанской гонки. В ней участвовали европейцы и американцы. Французы и англичане предпочли стремительную стрелу, американцы поставили на гигантскую летающую корову «Боинг-747» – и выиграли. Их концепция самолета-сарая стала главной на рубеже наших веков.
Салон огромных двухэтажных «боингов» может быть сколь угодно роскошным и просторным, хоть с эмалированными кроватями с шишечками. Если же вы войдете в дверь «Конкорда» – а это можно сделать теперь в авиационном музее в Бурже, – вы удивитесь тому, насколько низок коридор. Баскетболистам было, наверно, тесно. Впрочем, когда они садились на место, оно оказывалось неожиданно просторным, а потолок достаточно высоким.
В 747-х шли киносеансы: восемь часов над океаном – томительный срок. Пассажирам «Конкорда» некогда было разлеживаться, они перелетали Атлантику за три с половиной часа. Это был самолет для пижонов, недаром одну из последних машин буквально на лету хотел купить для своей авиакомпании
Конструкторы готовились к тому, что новое поколение сверхзвуковых лайнеров будет еще эффектнее. И вдруг продолжения не последовало. Великолепные, не устаревшие до сих пор машины оказались тупиковой ветвью эволюции. Конструкторы ни в чем не виноваты. Виноваты были политики, спровоцировавшие кризис на Ближнем Восток и вздернувшие цены на топливо. Виноваты были менеджеры авиакомпаний, так и не сумевшие эффективно использовать доставшееся им сокровище. Виноваты были хозяева авиакосмической отрасли, решившие, что широкофюзеляжные аэробусы проще и в производстве, и в эксплуатации. И не нашлось политиков масштаба де Голля или Маргарет Тэтчер, способных вновь сделать этот самолет символом интеллектуального могущества Европы.
В отличие от американцев, к месту и не к месту поминающих Вьетнам, французы не любят говорить о войне в Алжире. История до сих пор слишком болезненна.
Представьте себе, как это выглядело осенью 1954-го, когда впервые заявил о себе
Уже более века католики, протестанты, евреи, мусульмане жили по европейским законам и вместе геройски воевали на двух мировых войнах, недаром в честь храбрости мусульманских бойцов построили парижскую мечеть.
Страна взорвалась в один день, соседи стали врагами, европейцев выреза́ли целыми семьями. Мгновенно единая великая Франция треснула на Францию и Алжир – пока еще только в умах. И до 1962-го, когда это разделение стало официальным, алжирская война была постоянной болью метрополии. Она шла вдали от Парижа – за морем, но туда отправляли французских солдат и оттуда шли все менее утешительные известия.
Увидеть эту войну в кино и в иллюстрированных журналах было еще возможно, но понять, что же там происходит, кто с кем и за кого воюет, не удавалось никак. Французская официальная пропаганда была отлично поставлена, и на фронте работали блестящие фотокорреспонденты и операторы. Я видел их однажды на выставке, устроенной в Париже.
Вот Марк Фламен, официальный летописец, сержант-фотограф 3-го подразделения парашютно-десантного полка, рассказывает о военных операциях. Солдаты преследуют партизан в пустыне. Взятых в плен боевиков ведут напоказ по улице со связанными за спиной руками и с ножом в зубах. Умирает раненный в грудь офицер-парашютист. Точные и очень качественные снимки Фламена выходили и в газетах, и в журналах, и отдельными книгами.
