Я выпрямила спину и повернулась к нему. У его домашнего кресла была кнопка для подъема сиденья, чтобы он мог разговаривать с людьми, находясь на одном с ними уровне. Уилл редко ею пользовался, потому что от этого кружилась голова, но сейчас не преминул. Мне пришлось смотреть на него снизу вверх.
– В таком случае что вы хотите узнать? – Я запахнулась в пальто и сощурилась.
– Как долго вы вместе? – спросил он.
– Чуть больше шести лет.
– Немало, – явно удивился он.
– Да, – согласилась я. – Немало.
Я наклонилась и поправила плед на его коленях. Он был обманчивым, этот солнечный свет, – обещал больше, чем мог дать. Я подумала о Патрике, который ровно в полседьмого встал и отправился на пробежку. Возможно, мне следует заняться бегом, чтобы мы превратились в еще одну пару, затянутую в лайкру. Или купить кружевное белье и поискать в Интернете советы по сексу. Я знала, что не сделаю ни того ни другого.
– Чем он занимается?
– Он персональный тренер.
– Потому и бегает.
– Потому и бегает.
– Какой он? В трех словах, если вам так удобнее.
– Положительный. – Я немного подумала. – Верный. Озабоченный процентом жира в организме.
– Это семь слов.
– Значит, четыре вы получили бесплатно. А какая она?
– Кто?
– Алисия. – Я посмотрела прямо на Уилла так же, как он смотрел на меня.
Он глубоко вздохнул и взглянул на высокий платан. Его волосы падали на глаза, и мне нестерпимо захотелось отвести их в сторону.
– Роскошная. Сексуальная. Дорогая. И очень неуверенная в себе.
– С чего вдруг ей быть неуверенной? – не выдержала я.
Казалось, его позабавили мои слова.
– Вы не поверите, – сказал он. – Такие девушки, как Лисса, всю жизнь торгуют лицом и потому считают, что у них ничего больше нет. Вообще-то, я несправедлив к ней. Она неплохо управляется с вещами. Одеждой, интерьерами. Умеет навести красоту.
Я подавила желание сказать, что любой сумеет навести красоту при наличии алмазных копей в бумажнике.
– Она может переставить в комнате пару вещей, и та совершенно преобразится. Я так и не понял, как она это делает. – Он кивнул в сторону дома. – Ее попросили оформить флигель, когда я сюда переехал.
Я мысленно представила великолепно обставленную гостиную и поняла, что впредь не смогу восхищаться ею без задней мысли.
– Как долго вы встречались?
– Восемь-девять месяцев.
– Недолго.
– Для меня – долго.
– Где вы познакомились?
– На торжественном ужине. Просто кошмарном торжественном ужине. А вы?
– В парикмахерской. Я была парикмахером. А он моим клиентом.
– Ха! Специальное предложение, да? – Наверное, я тупо посмотрела на него, потому что он покачал головой и тихо добавил: – Забудьте.
Из дома доносился глухой гул пылесоса. Фирма прислала четырех уборщиц в одинаковых халатах. Интересно, чем они будут заниматься два часа в этом маленьком флигеле?
– Вы скучаете по ней?
Я слышала, как женщины переговариваются. Кто-то распахнул окно, и время от времени в разреженный воздух вырывались взрывы смеха.
– Скучал. – Уилл внимательно изучал горизонт. Потом повернулся ко мне и сухо добавил: – Но я много думал об этом и решил, что они с Рупертом отличная пара.
– Они сыграют дурацкую свадьбу, – кивнула я, – родят спиногрыза-другого, как вы выражаетесь, купят дом в деревне, и не пройдет и пяти лет, как он соблазнит секретаршу.
– Вероятно, вы правы.
Меня понесло:
– И она будет слегка злиться на него все время, толком не понимая почему, пилить его на просто кошмарных торжественных ужинах, к смущению всех друзей, а он не посмеет ее бросить, чтобы не платить алименты. – (Уилл повернулся ко мне.) – Сексом они будут заниматься раз в шесть недель, и он будет обожать своих детей, но пальцем не ударит, чтобы помочь их воспитывать. А у нее будет превосходная укладка, но из-за разговоров исключительно обиняками вечно кислая мина. – Я поджала губы. – И она с головой уйдет в пилатес[33], может, заведет собаку или лошадь и втюрится в инструктора по верховой езде. А в сорок лет он начнет бегать трусцой, купит «харлей-дэвидсон», который она будет презирать, и каждый день будет ходить на работу, смотреть на молодых парней в своем офисе, и слушать в барах, кого они подцепили на выходных и куда съездили поразвлечься, и чувствовать, что его каким-то образом обвели вокруг пальца, но так и не раскусит каким. – Я повернулась. Уилл смотрел на меня. – Простите, – произнесла я через секунду. – Не знаю, что на меня нашло.
– Мне становится немного жалко Бегуна.
– Он тут ни при чем, – ответила я. – Просто я много лет проработала в кафе, где все видишь и слышишь. Люди ведут себя шаблонно. Знали бы вы, что происходит!
– Поэтому не вышли замуж?
– Наверное, – заморгала я. Мне не хотелось говорить, что всерьез меня замуж не звали.
