Элис медленно кивнула, стараясь успокоиться. Как странно робеть перед собственной дочерью. Но она собиралась поступить так, как просил Ричард. Хотя в глубине души надеялась, что влюбленность дочери закончится так же быстро (и по возможности безболезненно), как и началась, она понимала, что ей необходимо быть любезной с Люком. Тем вечером в саду, когда она разрисовала камешек, улыбка Мэделин рассказала Элис… обо всем. С тех пор она часто украдкой заглядывала в ее комнату, только чтобы проверить, лежит ли еще этот камешек у ее кровати. У них только начало что-то получаться. Но она разрушила хрупкий мостик своей выдуманной головной болью. Больше она на такое не пойдет.
Ей надо попробовать. Она должна.
«Все будет хорошо».
Элис повернулась к двери и посмотрела в разрумянившееся, светящееся от радости лицо Мэделин. Она намеревалась сказать: «Похоже, у тебя был замечательный день».
Но, непонятно почему, у нее с языка слетело:
— Похоже, ты потеряла шляпку!
— Она рассердилась? — спросила Делла на следующее утро.
Мэдди обещала подруге навестить ее и приехала к ней в дом брата. Питер жил на маленькой вилле между Малабарским холмом и центром города. Девушки завтракали мягкими булочками с медом, расположившись в садике, какие можно увидеть на почтовых марках. Окружавшие со всех сторон деревья милостиво укрывали их от палящего солнца, но не от шума улиц и звона трамваев.
— Из-за шляпы? — уточнила Мэдди.
— Из-за всего, — ответила Делла.
— Скорее огорчилась, — уточнила Мэдди, проглатывая булочку.
— О нет. Это всегда хуже.
— Ты так думаешь? — расстроилась Мэдди. Вчера она так обрадовалась, что мать ждала ее в гостиной и даже согласилась принять Люка. — Но ты бы слышала, каким образом она предложила ему остаться на ужин, — сообщила она Делле. — В той же манере она могла бы предложить вырвать ей зубы.
— Так он не остался?
— Нет. Ему нужно было в военный городок к девяти. Но сегодня он должен приехать.
— Ужинать с твоими родителями?
— Нет. Они с папой собирались обсуждать что-то по работе. А потом он куда-то повезет меня. Не знаю, куда именно.
«Разве это так важно?» — ответил он Мэдди, когда они прощались на подъездной дорожке.
«Нет, — отозвалась она. Он взял ее за руку и притянул поближе, заставив отбросить прочь навязанные Элис мысли об учтивых манерах. — Не думаю».
— Ты улыбаешься, — заметила Делла, — прямо как помешанная. И между прочим, у тебя лицо обгорело.
— Я знаю, — Мэдди осторожно дотронулась до саднящих скул. — Остается надеяться, что они побледнеют прежде, чем меня увидит Диана Элдис.
— Господи, да, а то потом сплетен не оберешься, — поддержала Делла.
— Будем надеяться, у нас не выступят веснушки, — они хором передразнили Диану и расхохотались.
— Она из кожи вон будет лезть, чтобы тебя увидеть, — заметила Делла, потянувшись за чайником. — Она просто засыпала нас вопросами о том, как вы с Люком познакомились, когда ты исчезла из-за стола. Я, конечно, ничего не сказала.
— Спасибо.
— Пожалуйста, — ответила она. — Расстраивать Диану может стать моей новой забавой. Ты же понимаешь, что она начнет болтать направо и налево, стоит ей только пронюхать, что ты была без сопровождения.
Мэдди пожала плечами.
— Если не об этом, так о чем-нибудь еще.
— Неужели твоя матушка так спокойно на это смотрит?
— Едва ли. Забавно, что она не сказала и слова против, когда я ездила куда-нибудь с Гаем, и, вероятно, сама она разгуливала с моим отцом тоже без сопровождения, — это Ричард выложил за ужином, после того как Элис попыталась сделать трагедию из того, что ее дочь так поступает. И у Мэдди это никак в голове не укладывалось. — Я бы в жизни не подумала, что моя мать способна поступать не так, как принято в обществе.
— А мне даже нравится, — ухмыльнулась Делла. — Элис — бунтарка.
Мэдди приподняла бровь.
— В итоге я попросила ее довериться мне. И пообещала, что мы вернемся до полуночи.
— Волшебный час из сказок, — сострила Делла.
Мэдди не засмеялась. Делла тоже. Она вдруг посмотрела на подругу с некоторой тревогой, отчего Мэдди тоже порядком забеспокоилась.
Она спросила ее, что случилось.
— Да просто, — начала Делла. — Ладно, Питер сказал… — она вздохнула. — Люк говорил тебе, что уезжает?
— О, — безжизненно откликнулась Мэдди (так вот в чем дело), — да, — он говорил ей об этом по дороге домой, когда они возвращались с пляжа. — И уже скоро, да?
— Совсем скоро, — сказала Делла.
Между бровей Мэдди обозначилась морщинка.
— Не хочу думать об этом.
— Здесь можно только пожелать удачи, — посочувствовала Делла. — А о Гае ты тоже не думаешь?
— Даже не спрашивай, — выдохнула Мэдди.
