О том, что там, в этой клетке, осталась его внучка, безопасник старался не думать.
Прошло не более двух минут, когда огонь, в последний раз заревев, будто бы впитался в землю, оставив в воздухе только черный пепел. Гул тоже исчез, и Вано на секунду показалось, что он умер.
Но он был жив. И теперь с горечью в сердце наблюдал за тем, как обжигающе горячий пепел медленно и неторопливо оседает, обнажая за собой страшную пустоту.
Или. нет?
Впереди что-то блеснуло. Юст дернулся, и Вано зашипел:
— Стой на месте! Там все еще слишком горячо.
— Защитник. — пробормотал охранник, белея лицом.
На несколько мгновений улица погрузилась в полную тишину.
Впереди, среди пепла и смерти, сиял кокон абсолютного энергетического щита, оплетая целое и невредимое тело наследницы. Сияние это слепило глаза, но отвернуться никто не мог.
Тонкая светящаяся паутина, спасшая жизнь Агате — это было все, что осталось от Софии Тали, аньян детей императора.
