Зачесав назад его волосы, я увидела совершенно другого мужчину — не отца-одиночку в пятидесятилетнем возрасте, а брутального бизнесмена, который еще и пару тату имел на предплечьях.
— В каком бы возрасте не была ваша дама, ей точно понравятся ваши сильные руки, не стоит их скрывать.
Закатала рукава, и закрепила свой результат. Оставались лишь туфли в тон ремню, который беспрекословно надел Сергей.
— Извините, кажется, моя профессия убила во мне остатки скованности перед незнакомцами.
— Нет, что ты… — Сергей встал и подошёл к зеркалу, любуясь на мои старания. — Я сам себя не узнаю, большое тебе спасибо.
— Ню, ты где? — услышала я голос Люка, который вспомнил про меня только спустя каких-то полчаса.
Нашёл он нас двоих в коридоре, когда Сергей уже должен был уходить.
— Ты кто? — спросил Гронский младший у старшего.
— Старик твой, и ты допустил огромную ошибку Люк, позволив ей увидеть меня без костюма. Явно мой сын дрыщ теперь проигрывает в твоих глазах по сравнению со мной.
У Сергея точно было чувство юмора, которое так же передалось его сыну. Они были очень похожи, наверное, поэтому мы так быстро нашли общий язык.
— Безусловно, — подтвердила я, и когда мужчина накинул пальто, кинула вдогонку: — И купите своей даме букет синих гиацинтов.
— Думаешь, это лучше классических роз? — задумался мужчина.
— Кто знает… — пожала я плечами. — Вдруг ваша судьба предпочитает именно их.
— Запомню, спасибо, — мужчина рассмеялся и погладил меня по голове перед уходом, совсем как Люк.
— И нечего на меня так смотреть, — щёлкнула я Гронского по носу, после того как поставила тарелки на стол с готовым ужином.
Люк уже успел разложить все приборы и с каким-то прищуром наблюдал за мной всё это время, словно дожидался правды, которую я и сама не знала.
— Ты определённо что-то знаешь.
— Не знаю, — парировала я. — Просто предположения. Кстати, как ты относишься к тому, что твой отец кого-то нашёл?
— Сложно представить, но если он кого-то приведёт, я буду рад, потому что старик выглядит счастливым, по крайней мере, последний месяц. Но как ты умудрилась его переодеть?
— А что такого? — спросила я с чайной ложкой во рту.
Ходить с ней по квартире было моей привычкой, и, кажется, она вылезла и здесь. Словно, я чувствовала себя как дома.
— Ты невероятная, Ню. Спасибо тебе.
В ответ я ему засунула в рот ложку с овощами, что бы он больше не болтал. Его слова меня слишком смущали, и его глаза, точнее его взгляд, наполненный любовью и благодарностью, заставлял меня забыть о дыхании. Если б он сказал еще хоть слово, я бы точно расплакалась, а так пришлось кормить его как маленького, собственно из-за чего меня и пересдали на мужские колени.
Когда с едой было покончено, мы сели в гостиную на диван, что бы включить телевизор для фона и продолжить наслаждаться друг другом, разговаривая за чашкой какао.
И прижимаясь ближе к мужской груди, я наслаждалась теплом дорого мне человека и ароматом напитка. Мне всё казалось таким правильным, словно и не должно было подвергаться осуждению. Что такое этот возраст, если любовь возможна между самыми разными людьми? Скорее всего, такой счастливой была я еще и из-за Сергея, отца Люка, который принял меня сегодня. И я вновь была благодарна случайности, что распорядилась моей судьбой, подарив шанс сблизиться с важными людьми для меня и дорого мне человека.
— О чём думаешь? — прервал поток моих мыслей Люк, прижимая к себе ещё ближе.
Мне казалось, что рано или поздно я в нём просто растворюсь.
— В нашем городе все мы под одним одеялом, и стоит потянуть с одного края, как с другого ты точно найдёшь своего знакомого, и он окажется связан с людьми, с которым тебя еще много-много раз столкнёт жизнь.
— О да, — усмехнулся Люк. — Ты верно подметила, что моя общительность мне от отца. И ты не представляешь, какими связями я обзавёлся из-за этого качества. Барсов признался, что эта одна из причин, почему мы сотрудничаем, ему нравится моя способность находить со всеми быстро общий язык.
— Ох уж этот Барсов, недолюбливаю я его, хотя еще ни разу не видела. Он отнял у меня тебя на полгода!
Что бы успокоить меня, Люк снова стал гладить меня по голове, иногда целуя макузину. Не стоит говорить, что я сразу же угомонилась и превратилась в пушистого мурчащего котёнка, это было очевидно.
— Он просто очень тяжёлый человек с такой же нелёгкой судьбой, и, если честно, мне его жаль. Но дружки у него тоже так себе, хочу сказать. Двоя и были теми, что засадили в тюрьму моих несостоявшихся инвесторов, потому что сами на таком наживаются, но менее ущербно для других фирм.
Представив тех ребят, по коже прошлись мурашки. Но это был мир, в который Люк попал по собственной воле, и всё что я могла, это его поддерживать и верить в него.
— Но те ребята молодцы, конечно, они не честных ребят разоряют, а только тех, что слишком нечестно играют. Можно сказать, они как мусорщики в бизнесе, только за свою работу они получают отличную плату.
— То есть совершая плохие вещи с плохими людьми, они являются хорошими, — подытожила я.
