Когда это стало зависимостью?
А в какой момент это стало реальностью?
Мадара не помнил, что происходило с ним. Мир разделился на «до» и «после», очерчивая промежуток, когда можно было раствориться во всепоглощающей нежности и… любви. Временной, всего на несколько раз, но такой желанной.
— Скажи, скажи ещё раз, — прошептал мужчина во впадинку между ключиц, заставляя тело под собой выгнуться и зарыться пальцами в длинные чёрные волосы, усыпающие её тело с обеих сторон.
— Учиха… могут любить. Они хотят любить.
Хотел ли Мадара нормальных человеческих отношений? Нет. Хотел Мадара любви? До одури хотел, так, чтобы мысли о битвах ушли на далёкий план. Он хотел чувствовать себя нужным и… счастливым?
От чтения свитков мужчину отвлекли нежные касания к плечам. Женские руки медленно опустились вниз, поглаживая кожу груди и живота. В следующий момент на плечо умостилась чёрноволосая макушка, на что парень чуть улыбнулся.
— Что делаешь? — тихо спросила девушка, ластясь к твёрдой, словно камень спине. Тёмное хаори приятно пропускало через себя тепло тела, грея обнажённые груди.
— Изучаю, какой бы барьер поставить, чтобы определённый человек из него не вышел.
— И кто же этот человек? — промурлыкала девушка, ткнувшись носом в щёку любовника и вызвав лёгкую улыбку. Мадара посмотрел ей в глаза: глубокие и чёрные. В них хотелось забраться с головой и вечно плескаться, опутываемый нежностью и… любовью. И пусть сам он был не способен дать столь великое чувство, как любовь, но он не отталкивал. Особенно её любовь. А в том, что это любовь Учиха даже не сомневался.
— А ты почему встала? — спросил Учиха, потягиваясь вверх и разминая суставы. Девушка умостилась рядом.
— Я не могла уснуть, — просто сказала она. — Кошмары замучили.
— Хочешь, я тебя избавлю от них? — прошептал мужчина, зарывшись в тёмные волосы носом и вдохнув приятный запах жасмина. Девушка прерывисто вздохнула, когда Учиха прикусил мочку уха. Хотелось растечься в блаженную лужицу от самих только прикосновений. Сам Мадара Учиха целует её в шею! Более того, уже приличное время делит ложе с ней. Нет, девушка понимала умом, что когда он уходит за пределы клана, он мог спать с другими девушками. Она понимала и не винила. Не жена же чтобы скандалы устраивать!
Ревновать, конечно, такого мужчину… глупо. Только лишняя нервотрёпка для чувствительного сердечка.
Но когда он появлялся в клане, он сразу идёт к ней. О других он так долго думать не мог.
— Арья, — тихо позвал девушку молодой человек, вызывая из пелены удовольствия. Без его губ на шее стало очень холодно, и брюнетка немного обиженно заглянула в такие же чёрные омуты. Лица оказались на минимальном расстоянии, когда пара дышит одним воздухом. И Мадара уже подался вперёд, оставляя целомудренный поцелуй на мягких губах.
И всё бы хорошо.
— О, я кажется не вовремя. — стушевался Изуна, отводя глаза. Девушка хихикнула, запахнула свой белый халатик плотнее и улизнула куда-то в дом. Оба парня проводили её взглядами, Мадара вздохнул. Нет, он бы с удовольствием продолжил, только вот… появление Изуны, да ещё с утра пораньше. Значит, дела не ждут. Глава Учиха поднялся на ноги и, негромко переговариваясь со своим братом, ушёл в сторону казарм.
— Как долго будет продолжаться твой роман с Арьей? — прямо спросил Изуна. Он бы всё отдал, лишь бы не слышать ответ, который и так был ясен как божий день, но надо было убедиться.
— Я…
— Мадара! Изуна! Я так рада вас видеть! — девушка лет восемнадцати повисла на шеях у парней, облегчённо выдыхая. — Пока работала в лазарете, всё веселье пропустила.
— Да что с нами может случиться? — фыркнул Изуна, приобнимая подругу в ответ.
Мадара ограничился улыбкой и кивком и выпутался из полу-объятий. — Кстати, Наори, раз уж ты здесь. Идём, поможешь нам с расстановкой сил на войне.
А в это время, в доме главы клана молодая девушка двадцати лет медленно расчёсывала прямые волосы, что-то напевая себе под нос. Приятная мелодия из далёкого детства.
Услышав шум в коридоре и быстрые шаги, по вскрикам «где эта хабалка?! сейчас я ей устрою!» тело Арьи решило за неё. Молниеносно поднявшись с пола, брюнетка спряталась за дверью, которую в тот момент распахнули. Сколько-то секунд было тихо. Лёгкий адреналин играл в висках, а на губах держалась лёгкая улыбка. На неё так «охотились» уже не первый раз. Странно было, что, не применяя чакру. Отдай женщина приказ, Учиха скрутили бы Арью и взашей привели к даме. Кто она? Всё очень просто, это…
— Кана-сама, ваш сын вернулся! — пролепетали из коридора, заставив высокую черноволосую женщину в красивом и искусно вышитом бордовом кимоно раздражённо хмыкнуть.
— Какой из?
— Изуна-сама пришёл, — служанка поклонилась и спрятала глаза. Кана ещё немного повздыхала, но в итоге вышла из комнаты старшего сына, громко хлопнув дверью. Арью пропирало на смех, но она держалась. Когда шаги стихли, дверь тихонечко приоткрылась и показалась уложенная в причудливую причёску русая голова. Хихикая, девушки обнялись и сели на татами.
— Ну ты прямо по ножам ходишь. Кана в последнее время сама не своя, — призналась служанка.
