После моих слов за столом наступила полная тишина. Кто-то из приближенных императорской четы прокашлялся, но всем хватило такта не встревать в разговор. А я ждала ответа, с подозрением наблюдая за тем, как переглянулись между собой Рагнар и Рания. Что-то тут нечисто.
После застолья меня сразу же провожают в комнату, где у двери уже с нетерпением нас ожидает пожилой лекарь и два более молодых помощника.
– Это твоя спальня, милая, – гладит меня по спине Рания, подталкивая внутрь.
Я переступаю порог со смешанным чувством тревоги и ностальгии. Вот оно. Всё здесь мне действительно знакомо, даже ощущается, словно родное, моё. Так, как не было в том доме в лесу. Пусть мне там было хорошо в объятиях Скандра, но внутри домика отсутствовал уют, не было моей руки.
Сердце заколотилось, как бешеное, готовое вырваться из груди и улететь, я сглотнула и сделала пару шагов вперед, осматриваясь осторожно по сторонам.
– Это мое? – хрипло спросила, совсем не чувствуя под собой пола.
Огромная кровать с балдахином стояла в самом центре, белая резная тумбочка с золотыми орнаментами, шкаф во всю стену, на дверце которого длинное шириной в два метра зеркало, которое сейчас отражало рыжую всколоченную девицу, глядящую на меня с испугом. Ну и вид. Это отрезвило, возвращая в реальность.
– Ложись, лекари тебя осмотрят, а после мы поговорим, – мягкий тон Рании, и я следую ее просьбе.
С того момента, как мы прибыли во дворец, со мной говорила именно она, словно мужчины деликатничали и боялись сказать лишнее слово. Честно говоря, только в ее присутствии мне было проще, она не давила, не настаивала. Я чисто рефлекторно воспринимала ее своей.
– Леди Радмила, – прокашлялся тот врач-старец, а затем сделал какие-то манипуляции руками, и один из помощников вышел, словно ему дали задание. – Лягте на постель, мы осмотрим вашу спину.
Я легла, как мне велели, но напряглась. Как они собираются это делать? А затем услышала шелест, насторожилась, но мое платье, изрядно поношенное, да и выглядящее среди всего этого великолепия, словно оборванная одежда нищенки, вдруг треснуло под чужим натиском.
– Не шевелись, я боюсь тебя поранить, – строгим тоном предупредила Рания, и мои брови удивленно поползли вверх.
Интонация не предполагала неповиновения, но застыла я не поэтому. Здравый смысл возобладал, да и ясно, что она режет ткань, чтобы мне не пришлось раздеваться и позориться перед мужчинами. Пусть они хоть сто раз лекари, но это было бы постыдно.
– Мы надеемся на ваши знания, мэтр, – просьба-приказ со стороны Рагнара, который и не думал уходить.
А после раздались тихие шаги, шелест одежды, моей оголенной спины коснулась рука. Щупала, надавливала, и затем я со стоном впилась зубами в подушку. Что-то заболело при надавливании, будто между лопатками у меня застарелая рана, которая всё никак не заживет.
– Сейчас я пошлю импульс, у вас будет видение, вы должны ухватиться за него и постараться задержаться в нем, хорошо? – спокойный баритон лекаря, словно приправленный гипнозом.
В иной раз я бы не подчинилась, но его голос призывал меня следовать за напевной мелодией, которая раздалась после мужских слов. Я шла по тоннелю, чувствуя боль, и вдруг провалилась в темноту.
– Радмила, ты идешь? – чей-то мужской недовольный голос.
– Сейчас, – узнаю в нем свой.
Выныриваю, казалось, из болота, а затем зрение проясняется. Я сижу в кресле, подвернув под себя ноги, а на коленях у меня тонкая желтая книжка с выцветшими рисунками и узорами. Поднимаю голову и вижу вокруг множество стеллажей с различными манускриптами, высокие резные потолки и парня. И что-то неуловимо знакомое в нем, но ухватиться за эту нить и раскрутить ее никак не удается.
Я не контролирую тело, лишь следую его действиям. Моя голова опускается, а глаза выхватывают надписи на открытой странице.
Оттуда миру явит себя первый,
Кого зовут все Искандер.
И черной мглой покроется мир,
Утопая в кровавой пелене.
И только даром гнев его умаслить.
Я пытаюсь быстрее читать, чувствуя, что вот-вот и мое тело встанет, но не успеваю. Раздается звон разбившегося стекла. Поднимаю голову, а затем меня выбрасывает вон из тела. Хватаю ртом воздух, тяжело дышать, ощущаю, как по телу течет пот, оно покрывается холодной испариной.
– Вы что-то вспомнили? – обеспокоенный голос лекаря звучит, будто уши у меня набиты ватой.
Я глубоко дышу, нараспашку раскрыв глаза, и невидимым взором смотрю на спинку кровати. Это была я… В библиотеке была я… Читала про Искандера. Но о чем именно говорилось в тексте?
Мне показалось, будто Скандр где-то рядом, совсем близко, даже мурашки пошли по коже, словно он приближается. А затем голоса разбили вдребезги мою надежду, разрушив иллюзию защиты и присутствия мужа.
– Мы будем давать отвары, которые укрепят иммунную систему. Обратить вспять лечение нельзя, так что единственный способ – полностью разрушить защиту, – лекарь разговаривал не со мной, но я напряглась, не понравились мне его слова.
– Но… – растерянно вскинула голову сзади меня Рания.
