– Но почему вы не обратились в полицию? Ведь если это была самозащита, все можно было бы объяснить, а не устраивать этот спектакль.
Вим Роббен молчал долгую минуту.
– Все не так просто, Стин. В тот момент я еще был сенатором, и стоял вопрос о моей репутации. Если бы началось официальное расследование, я оказался бы в центре скандала. Это было совершенно неприемлемо в тот момент, потому что от моего голоса зависел ряд важных законопроектов. Моя жена прекрасно это понимала, поэтому позвонила сразу мне. Каюсь… это я попросил ее ничего не предпринимать до моего приезда. Надо было быстро что-то решать. Если бы Рэйми… просто исчез, со временем могли бы возникнуть вопросы. Он мог сообщить своим друзьям, что поехал к нам. В кармане его формы мы нашли договор на аренду дома. Мортону пришла в голову идея, что можно найти кого-то, кто временно сыграет роль Рэйми. Заберет вещи у домовладелицы, уладит все формальности с военным ведомством. Мортон просмотрел все отчеты о несчастных случаях на наших заводах и нашел этого парня, Лероя Свита, которому обожгло лицо и руки. Для нас это был идеальный кандидат. Мортон… избавился от тела Рэйми. Теперь отступать уже было некуда. Я вернулся в Вашингтон на следующий же день, а Мортон отправился в Талсу, побеседовать со Свитом. Конечно, тот согласился. Мы обещали ему, что займемся его лечением, а также заплатим ему пять тысяч долларов через три месяца, когда он сыграет роль Абрахама Рэйми. Потом он должен был взять деньги и навсегда уехать из Калифорнии, подписав отказ от опекунства над Пиппой в пользу нас с Эллен. Через пять лет по закону штата мы бы официально объявили Рэйми умершим. Таков был план.
– Однако Свит никуда не уехал, а продолжил прикидываться Рэйми.
– В любом хорошем плане случаются роковые ошибки. Этой ошибкой стала Пиппа. Прости, что так говорю, дорогая, но мы старались и в первую очередь ради тебя. Ты была очень травмированным ребенком, скучала по матери и неистово ждала, когда наконец увидишь своего папу. Потом… ты видела, как… Эллен пришлось в него выстрелить, и тебе стали сниться кошмары. Мы подумали, что если Свит просто проведет с тобой какое-то время, ну… покачает на коленке, как любой обычный взрослый, то ты успокоишься. Но ты очень привязалась к нему почти сразу же! Прошло три месяца, а ты постоянно говорила только о своем «папе». Мы не могли его так просто удалить из твоей жизни, потому что ты наконец стала оттаивать и превращаться в обычную жизнерадостную девчушку. Пришлось пересмотреть наше соглашение. Свит получил свои деньги, но также мы стали выплачивать ему содержание. Чтобы он временами появлялся и проводил с тобой время. Я действительно оплатил ему пластическую хирургию. Правда, шрамы были уже зарубцевавшимися, поэтому доктора почти ничего не смогли сделать, чтобы не повредить лицевые нервы. Но когда я рассказывал, что предлагал Свиту хорошую работу и возможность изменить свою жизнь, я не врал. Я действительно хотел поддержать парня. К тому же… мы не знали настоящего Эйба Рэйми. Может, оно и к лучшему. Так почему бы не признать другого Эйба нашим зятем? В конце концов, это просто…
– Еще один негр, – закончил я.
– Вы не имеете права нас судить, – взволнованно сказала Эллен. – Все, что мы с Вимом делали, было только ради интересов нашей внучки.
– И поэтому обманывали меня почти двадцать лет? – выкрикнула Пиппа.
– Если бы я могла воскресить свою дочь, я бы не задумываясь отдала бы за это жизнь, – Эллен приложила руку к груди в декольте. – Если бы я могла повернуть время вспять и отменить тот злосчастный выстрел в твоего отца, когда я была в полной панике и не соображала, что делаю, я бы немедленно согласилась. Но человек не властен над смертью и не может воскрешать мертвых. Хотя в случае с Эйбом мы сделали все, что смогли. Ты любила своего отца, и он тоже был к тебе сильно привязан. Разве так важно, что вас не связывали кровные узы? Спроси у Алана, насколько важно человеку иметь любящую семью, пусть не родную.
– Я вас всех ненавижу, – отчетливо произнес Алан.
– Глупый мальчишка, – фыркнул Вим.
Беттани заплакала и Крис неожиданно подошел и неловко погладил жену по плечу.
– Значит, интересами Пиппы вы также объясняете убийства Свита, Пьюфрой и Гаррисона?
– Что вы говорите, Стин? – возмутился старший Роббен. – Мы не имеем к этому ни малейшего отношения. Я понятия не имею, почему Мортон решил взять на себя эти смерти. Тем более, что он не мог убить Эйба. То есть Лероя Свита. В тот день его даже не было в городе, он летал по моей просьбе на одно из предприятий в Детройте, должен был вернуться прямо ко дню рождения Пиппы.
– Вот именно. Мортон никого не убивал. Он грозился в меня выстрелить, но я не думаю, что он бы смог. Я видел, как у него дрожала рука с оружием. Удар по голове – вот на все, что он способен.
– Тогда что вы тут несете?
– А то, что Мортон до последнего вздоха защищал настоящего убийцу. Очень дорогого ему человека. И этот человек не остановится ни перед чем ради своих целей.
– На что вы намекаете?!
