Все ещё лежа на ковре, изловчился и ударил пяткой по коленой чашечке одного из нападающих. Тот взвыл от пронизывающей боли. Николай перекатился - ответный удар ногой черномазого парня попал в пустоту - подпрыгнул, развернулся в воздухе и достал второго, белокурого верзилу по шее. Там, где сонная артерия. И все же пропустил удар третьего борца - онемела правая рука.
- Стоп! - негромко приказал банкир. - Так вы перекалечите друг друга. Ром и Рекс - быстро к врачу! Полкан помассажируй руку партнера по схватке.
Он что-то прошептал на ухо Бобику и вышел.
Потирая ушибленную шею, Ром подхватил под руку хромающего Рекса и увел его в боковую дверь. Полкан принялся усердно массажировать плечевой сустав Родимцева. Повадки настоящего массажиста.
- Не злись, друг, - шептал он, опасливо поглядывая на носатого Бобика. - Просто хозяин велел проверить тебя. Не выполнишь - вылетишь за ворота... Так что, прости...
- Это вы меня простите, ребята. Одному ногу повредил, второй, может быть, не дай Бог, до конца жизни будет ходить с искривленной шеей. Я, дурень, подумал, что хозяин всерьез решил проучить меня...
- Хватит вам обмениваться комплиментами, - прикрикнул секретарь. Пошли, Коля. А ты, Полкан, не больно уж заговаривайся - язык потеряешь. Вместе с дурной башкой.
Странная манера называть подчиненых собачьими кличками, размышлял Николай по дороге в свою комнату. Ром, Рекс, Полкан. Интересно, как Ольхов назовет нового своего телохранителя? Если, конечно, посчитает неплохими два проведенных экзамена? Ну, что ж, Родимцев не против работы в роли банкирского телохранителя - хозяин будет защищать его, он - хозяина.
Отличный симбиоз!
В сопровождении Бобика кандидат в охранники прошел в свою комнату. Потирая все ещё ноющее плечо, устроился на диване. Бобик опустился в кресло.
- Ну, и как, пришелся я по вкусу твоему боссу или пригтовиться - за ворота?
- Не знаю. По моему - все в норме, работал ты неплохо. Плюс ходатайство хозяйки, оно многого стоит. Остальное завтра скажет Борис Моисеевич... Обедать будем?
Есть не хотелось - нервная встряска заглушила аппетит. Но откажись уродина покинет комнату, сошлется на необходимость разборки почты либо очередное важное поручение. А Николай хотел в очередной раз попытаться расколоть хитрого молчуна, выпытать дополнительную информацию о семье Ольховых.
- Обедать не обедать, а пополнить организм калориями не помешает. Если можно, прикажи - легкую закуску, немного выпивки. Типа колы или лимонада.
Бобик понимающе ухмыльнулся. Вышел в коридор и через четверть часа появился в сопровождении уже знакомого охранника со столиком на колесиках. Меню - двухнедельной давности: холодная курятина, политая острым соусом, поросенок с хреном, нарезанная колбаса, холодец. На первом "этаже" столика - несколько бутылок на выбор.
Николай почти безалкогольную наливку. Секретарь, подтирая выступившие слюнки, открыл бутылку джина.
Выпили, закусили.
- Бобик, все же введи меня в курс семейной жизни хозяина. Сейчас я для вас стал, можно сказать, близким человеком. Или - почти близким.
Доверенное лицо покачало лысой головой, что-то пробулькало. Видимо, ему хотелось наладить, если не дружеские, то, во всяком случае, нормальные отношения с будущим хозяйским слугой, но мешало вечное чувство настороженности.
В конце концов, решился.
- Что тебя конкретно интересует?
- Где жена банкира?
- Померла в позапрошлом году, царство ей небесное, - набожно перекрестился урод. - Говорят, рак, но точно никто не знает. Похоронили в Милане.
- Кроме Вавочки больше детей нет?
- Сын живет в Израиле. Но об этом - молчок. Борис Моисеевич слышать о нем не хочет, кажется, тот изрядно насолил отцу.
- А какие отношения у Бориса Моисеевича и дочки?
- Обычные... Все, Коля, время вопросов и ответом закончилось. Отдохни, поспи, впереди - заключительная беседа с хозяином. Когда именно, не скажу, не знаю. Если сговоритесь - возьму тебя в тир, ежедневно буду гонять, будто жеребца на корде...
Глава 8
Медленно тянулась следующая неделя. Каждое утро Родимцев ожидал вызова, не сводил взгляда с телефонного аппарата, прислушивался к звукам из коридора. Бесполезно. Если и появлялся урод, то он либо помалкивал, либо осведомлялся о самочувствии. О желании хозяина побазарить с парнем - ни звука.
Впечатление - о нем забыли.
Правда, заключению в одиночке пришел конец - пленнику позволили гулять по парку. С категорическим запрещением покидать территорию. Бобик односложно предупредил: опасно, все ещё не улажены сложные отношения между загнанным в угол беглецом, с одной стороны, и преследующими его ментами и килерами - с другой.
Свобода передвижения - относительная, Родимцева во время прогулок откровенно пасли. То набивался в сопровождающие Бобик, то вслед за прогуливающимся Николаем, прихрамывая, бродил Рекс. Смущено ухмылялся, многозначительно потирал ушибленное во время схватки колено. Будто извинялся за то, что во время трениовки подставил его противнику.
