– Глядишь, он вам в будущем пригодится.
Управляющий явился с удовольствием и небольшим сувениром для живописца. Он вручил Рощину кожаный ежедневник тиснёный золотыми вензелями эмблемы его банка и перьевую ручку. Следом за ним подъехал Хаим фон Рамштайн с помощником, чтобы забрать картины для завтрашнего аукциона, и остался угоститься омарами с иранской икрой и бокальчиком шампанского.
– Завтра жду вас с ответным визитом, – заявил Хаим, слегка кланяясь Владу и его дамам, одновременно нанизывая на вилку аппетитную снедь. – Приезжайте, хотя бы за часик до начала торгов. Посидим за рюмочкой в моём кабинете…
Рощин вежливо кивнул Рамштайну и вполголоса произнёс только для своих спутниц:
– Надо закругляться с фуршетом и ехать к королеве, мне пропуска во дворец уже внутренний карман прожгли.
Девушки сразу удалились в дамскую комнату, освежить помаду, а Влад, подойдя к агентам, попросил их сопровождать доставку полотен в кабинет принца. Ради безопасности. Серьезные молодые люди, как по команде, утёрли рты салфетками, и отошли от стола.
– Вы поезжайте на своей машине впереди, мы будем прикрывать тылы, – впервые за всё время заговорил один из них, причем таким тоном, словно речь шла о нешуточной военной операции.
Приметив чуть-чуть недоумённый взгляд живописца, Хаим воскликнул:
– А что вы хотите, дорогой мой? На придворного художника всегда могут напасть недруги Её Величества!
Тут в беседу вмешался инспектор полиции:
– Зачем вы пугаете, сэра Влада?! Мы-то здесь зачем? Поедем впереди с мигалкой…
– Только не очень быстро, – заметил Рощин.
– Максимум – тридцать миль в час, – инспектор клятвенно приложил руку к сердцу. – Сэр, я же понимаю, с вами – леди.
Итак, в середине седьмого дня пребывания Влада в Лондоне, его автомобиль на пути в королевский дворец с большой помпой оберегали полицейские и агенты. Когда мысль о таком фееричном прогрессе посетила Рощина, ему сразу ответила Светла: «Всё реально, мой милый. Ты заслужил и почёт, и уважение первых людей Англии своим собственным талантом и неутомимым трудолюбием. Мы с мамой и, конечно, Майкл лишь чуть-чуть развернули этих вечно занятых господ лицом к тебе. Знал бы ты, какая мировая слава у тебя была прежде, тогда сегодняшняя кавалькада не произвела бы на тебя никакого впечатления». – «Мировая слава?! – спросил фею Влад. – В какой области? И, что значит – прежде?» – «Закончишь «Трёх граций на лесной поляне» – расскажу. Уверена, решив такую трудную – а для всех остальных, невыполнимую – задачу, ты будешь готов воспринимать нашу с тобой историю правильно. Сейчас же я вспомнила это не просто так, а чтобы мой рыцарь относился к происходящему без восторженного пиетета. А как обычно, спокойно и рассудительно. И ещё – можно совет?» – «Советуй уж, куда мне деваться?! – пошутил Влад и едко добавил: – Светлочка, меня с грациями подгонять не надо и развешивать такие стимулы, в виде секретов…» – «Всё-всё, больше не стану, не капризничай, пожалуйста, – перебила его незаконченную мысль фея. – Присмотрись к королеве и принцу своим дерзким зрением, если понадобится – они будут позировать, хоть стоя на голове». – «То есть, королева пожелала заказать мне портрет?» – «…И своего мужа тоже! – произнося эти слова в голове любимого, Светла так осязаемо прижала свои мягкие ладошки к ушам живописца, что он едва не бросил руль. – Её заказ может прозвучать в конце аудиенции, так что, Володенька, приглядись к ним заранее». – «Понял, спасибо, за дельный совет! – выпалил про себя Рощин. – И больше так не делай!» – «То есть?! – выдохнула фея. – Ты почувствовал моё прикосновение?» – «До мурашек… Едва на встречную полосу не выехал». – «Это же фантастика! – воскликнула Светла. – Вечером обязательно повторю… в безопасном месте. В тёплой постели». – «В постели можешь вытворять со мной, что угодно. Заранее согласен на любые эксперименты».
У ворот дворцового парка Рощину с девушками пришлось пересесть в местный роллс-ройс, забрав, разумеется, и полотна. Его машину отогнали на внешнюю стоянку. Охрана опасалась бомбы, спрятанной где-нибудь под обивкой, несмотря на то, что собака обнюхала автомобиль дважды.
Влада и его, разряженных в пух и прах, леди высадили у бокового крыльца, войти через которое могли только особо приближённые к высочайшим персонам. Встретил придворного живописца уже знакомый ему герцог, личный помощник принца. Он поздоровался с Рощиным, галантно поцеловал дамам ручки и хлопнул в ладоши, указав четверым слугам на картины в багажнике роллс-ройса. «Богинь» с великими предосторожностями трое лакеев понесли по длинным коридорам в руках, четвёртый распахивал перед ними двери, а уже следом шли наши гости с герцогом.
– Её Величество вместе с супругом уже ожидают вас в его кабинете, – вполголоса заметил по дороге вельможа. – Должен вам признаться, такой чести удостаивались немногие. Даже не припомню – кто… Обычно бывает наоборот.
– Обычно – посетители в приёмной загорают? – улыбнулся Влад, но решил подкорректировать фразу сообразно собеседнику. – Ну, в смысле, ожидают…
