Комната, в которой она оказалась, соединяла в себе разноразмерные, покрытые подтеками, трубы, оснащенные вентилями и датчиками давления, но звук шел не от них. Из этого явно служебного помещения шел ход поменьше. Узкий коридор, оплетенный трубами и грубо закрепленными коммуникациями. Там и слышалось странное гудение.
Справившись с внезапной слабостью, возникшей в теле, девушка пошла вперед, стараясь ступать так, чтобы гнилая жижа не сильно брызгала в разные стороны, но через какие-то пару шагов привычная твердь исчезла из— под ног, и Лера, даже не успев толком испугаться, провалилась по грудь в тухлую стоячую воду.
Как кошка, оскользнувшаяся на краю ванны, девушка бестолково и суматошно задергалась в поисках опоры. Пальцы скребанули по полу и сошлись на прутьях решетки, скрытой под слоями скользкой дряни. Видимо, эта решетка должна была закрывать ту дыру, куда, больно ударившись локтями, упала Лера.*
Выбраться на пол большого труда не составило, даже баллоны с токсином и кислородом не пострадали. Это было далеко не самое страшное, или опасное происшествие из всего доселе с ней происходившего, но девушку все равно трясло. Защитный костюм, рассчитанный на земляные работы, не подразумевал погружения в жидкость и теперь медленно пропитывался затхлой водой.
Лера стояла на коленях, опершись ладонями в пол и тяжело, часто дышала. От мысли, что бы случилось, окажись яма на метр глубже, внутри все переворачивалось и холодело. В свете налобного фонарика, продолжающего работать ярко и исправно, что-то зашевелилось, заелозило под черно-зеленой поверхностью не известно сколько гнившей здесь вязкой жижи.
С трудом сдержав рвотные позывы, девушка вскочила на ноги и старательно, насколько это было возможно, отряхнулась.
Теперь каждый следующий шаг был сначала тщательно прощупан, дабы не наступать дважды на одни и те же грабли. Все мысли свелись к желанию незамедлительно раздеться и принять душ. Назойливое гудение перешло из разряда «пипец как страшно, что же там такое» в категорию «цель».
Коридор кончился техническим залом приличных для подземелья размеров. Аппаратура выглядела сто лет как не рабочей и неисправной из-за повсеместно распространившейся влаги. Прощупывая пол мыском сапога, Лера подошла к полуобрушенной стене, за которой удивительно ярко блестел металлический короб новенькой вентиляционной шахты.
Сдернув перчатки, хорошо черпанувшие влаги после внеплановых грязевых процедур, девушка взялась за инструменты. Похоже, самовольный поход по неизведанным территориям принесет желаемый результат.
Клаустрофобия
В диверсионном инвентаре мужчины разбирались просто отменно. Данные Лере ножницы-кусачки без натуги грызли твердую плоть железа. Немеющими пальцами девушка крепко держалась за прорезиненные рукоятки и со злым упорством расширяла себе проход к жужжащей вентиляционной аппаратуре.
Инструмент периодически мигал, показывая количество оставшегося заряда, достаточного, если прикинуть, на четыре с лишним прохода через тонкие стальные листы.
Надрезав металл «уголком», Лера уцепилась за образовавшийся край и с натугой загнула его наружу. Предусмотрительно надетые перчатки уберегли руки от острых краев. Труднее, чем с консервной банкой, но быстрее и проще, чем работа чудо-кусачками.
Ввинтиться в образовавшуюся треугольную дыру оказалось делом не в пример более сложным. Новый вентиляционный лаз был чистым, удивительно белым и очень узким.
Сначала Лера протолкнула вперед оба баллона, потом, ругая себя за неудобный проход и излишнюю поспешность, залезла сама. Изнутри вентиляция выглядела так же, как и снаружи — матовый светлый металл, по толщине и структуре напоминающий жесть. Свет фонарика он, конечно, не отражал, но отличался от черных, полных воды и грязи старых ходов настолько разительно, что Лера даже слегка опешила.
Подобные переделки на заброшках наверняка стоили больших денег, проложить всё по новой — совсем не тоже самое, что занять пустующий склад или завод. Другой размах, другие вложения.
В обороте денег девушка смыслила мало, но совершенно точно усвоила, что их количество прямо пропорционально силе и власти.
У Вениамина вот деньги были, но явно и вполовину не столько, сколько у чёртова Наталиана.
Отбросив подальше разыгравшиеся с новой силой сомнения, Лера поползла вперед. На колени тут встать не получалось, и девушка, распластавшись на холодном железе, подтягивала тело с помощью ладоней.
После нестерпимой духоты подземелий влажные прикосновения промокшего комбеза поначалу казались даже слегка приятными, потом хлюпающая жижа начала ощутимо холодить. Постоянный поток воздуха, рвущегося куда-то вперед к гудящим и вращающимся лопастям вентилятора, выстудил последние крохи тепла и прилепил мерзкую ткань к голой коже.
