— Знаете, — вполголоса признался он, не поворачиваясь к девушке, — вы были правы, дорогая Паландора. Нам следовало уехать в Виттенгру-на-Отере-и-Ахлау ещё в абалторе. Здесь всё по-другому. Здесь мы… другие. Мне так жаль, что я не решился тогда последовать вашему совету.
— А мне не жаль, — ответила Паландора. Она не могла сказать, что толкнуло её на этот ответ. Так ли оно было на самом деле? И да, и нет. Ускользнув за границу, эти двое избежали бы многих неприятностей. Они с Рэем были бы вместе. Его брат остался бы жив, пусть даже и не в самом благостном расположении духа. Но Пэрферитунус, родной и любимый Пэрферитунус оказался бы для кианы потерян, и неизвестно, увидела бы она его ещё вновь.
А так она уже через полтора года станет гердиной. И Эйдле ей в этом поможет.
Вот только Рэй, новый, обновлённый Рэй нравился ей куда больше. Если бы он изначально был таким! Тогда Паландора могла бы сочетаться с ним браком, заполучить свои земли, и стать самой счастливой гердиной, которую когда-либо знал Ак'Либус. Не осквернившей себя убийством в попытке исправить ошибку, которую он допустил.
— Это хорошо, что вы не жалеете, — заметил Рэй в ответ на её слова. — Значит, вам, так или иначе, удалось обрести душевный покой после всего, что произошло?
Покой… Покой ей только снился, хотя бы по той причине, что она, как считала сама, не вполне заслужила его. Как не было и прощения тому, что она совершила. И уж точно кто угодно, но не Рэй был вправе задавать ей такие вопросы. Если Паландора и обретёт когда-нибудь покой, то отнюдь не благодаря ему.
— Да, — ответила она, внутренне закипая. — Представьте себе, да! К двадцати одному году я приму титул, и намерена прославить мои земли в веках. Верховный король выделил мне в помощь советника — интеллигентного и чуткого человека. Вы нынче за океаном — и, судя по всему, вполне счастливы. А Рэдмунд мёртв! Что ж, ну и пусть.
Она хотела добавить в пылу «Поделом же ему!», но лишь в последний момент сообразила, что произносить подобные слова в доме его почтенной матери будет крайне невежливо. Тем не менее, Паландора уже набрала в грудь воздуха и, чтобы не расходовать его понапрасну, выдала нечто совсем неожиданное — в первую очередь, для неё самой:
— Зато у него будет ребёнок!
Оба замолчали и уставились друг на друга стеклянными глазами: Паландора оттого, что сболтнула лишнее, Рэй от ошеломительных новостей.
— Я не знал, Паландора, что вы в положении, — сказал он наконец, справившись с собой. — Вы уже сообщили об этом киане Фэй?
Здесь ей стало совсем худо. Мало того, что она произнесла то, что не должна была говорить ни в коем случае, так её слова ещё и истолковали превратно. С другой стороны, как они должны были быть истолкованы? Рэдмунд был её мужем. Не стала же она болтать налево и направо о подлоге, который устроила в брачную ночь.
Что ей оставалось делать теперь? Переводить всё в шутку? Хороша шуточка! Делать вид, что оговорилась? Хороша оговорочка! Правду сказать? Ни в коем случае…
— Нет, я ещё никому ничего не сообщала, — ответила Паландора, — вы первый, кто об этом узнал.
Что, скажите на милость, она плела?!
— Мама будет очень рада узнать эту новость, — заявил Рэй. — Вы хорошо поступили, приехав сюда, чтобы рассказать ей обо всём лично. Внуки — это всегда большая радость.
Он говорил, пытаясь оставаться галантным, но губы его белели и чуть не дрожали. Видно было, что сообщение кианы застигло его врасплох. Если до этого у него ещё где-то как-то теплилась мысль о том, чтобы начать всё сначала, с чистого листа, то теперь её последние слова всё меняли. Он будет рад, конечно, племяннику, но Паландора есть и останется вдовой его брата. И этого не изменить.
Паландора поспешила с ним согласиться и откланялась под каким-то предлогом. Вернулась в свои покои, сжала пальцы вокруг головы, стиснув её обручем, застонала…
«Дура… — пробормотала она, отвернувшись к стене, — Паландура…»
Сейчас это имя было ей куда больше к лицу. Что она наделала… Теперь придётся повторить свои слова киане Фэй. Её сын сплетничать не станет, он терпеливо дождётся, пока она не поведает обо всём сама. Но если Паландора не скажет ни слова, у него возникнут вопросы.
Ну что? Настало время избавиться и от младшего Рэдкла?
Это было не смешно. Совсем не смешно.
К тому же, Рэй был прав: киана Фэй, скорее всего, будет счастлива узнать, что Рэдмунд станет отцом. Что он не покинул этот мир безвозвратно.
Но не так, пожалуй, счастлива будет услышать, кто мать малыша.
И тут Паландоре пришла в голову ещё одна абсурдная мысль. Очень абсурдная, но вместе с тем спасительная.
