– Miei amici![17] – закричал изнутри Лука. – Бегите! Не…
– Молчать! – рявкнул кто-то, и за этим последовал мерзкий шлепок.
– Не трогай моего мужа! – воскликнула Офелия.
– ЭЙ! – повысила я голос. – ЭЙ, ВЫ, ИЗ ЛИ, ПОСЛУШАЙТЕ МЕНЯ! Или вы не хотите отличиться поимкой меня?
За этим последовало напряженное перешептывание. Судя по всему, такого сценария развития событий они не предусмотрели.
Один из них крикнул:
– Медленно открой дверь! Покажи руки!
Джем встретился со мной глазами и кивнул. Но не потому, что он слышал охранника: в отличие от меня, уши Джема были заткнуты ватой из аптечки и он вообще мало что слышал. Он давал мне знать, что прошло достаточно времени, чтобы наши боевые стрекозы заняли позицию.
– Хорошо, я открываю дверь! – закричала я в ответ. – Не стреляйте! От мертвой меня вам не будет никакого проку!
Наступала самая сложная часть. Ну… весь наш план слеплен на коленке, но мне нужно переключить внимание всех охранников с заложников на себя. Я взялась за ручку, медленно ее повернула и потянула створку на себя.
– Я сейчас покажу вам руки! – солгала я. – Chiudete gli occhi!
Вторую фразу я произнесла тем же тоном, будто продолжала сообщать о своих намерениях. Даже если охранники из ЛИ знали итальянский, я ставила на то, что они не сообразят, кого и зачем я призываю «закрыть глаза», но Лука мог догадаться. А еще это была кодовая фраза для наших робострекоз.
Все произошло очень быстро. Изнутри послышалось двойное звяканье чего-то металлического, ударившегося об пол, потом растерянное «КАКОГО ЧЕРТА…», потому что гранаты обычно не падают из вентиляции. Затем из столовой вырвалось громовое разноцветное цунами.
Я думала, что морально настроилась на действие светошумовой альттек-гранаты, но реальность превзошла мои ожидания. Даже частично скрытая дверью, я почувствовала себя так, будто мне в уши за миллисекунду запихнули трехдневный фестиваль психоделической музыки. Перед глазами танцевали флуоресцентные медузы. Хорошо еще, что мне хватило ума шагнуть в сторону и пропустить Джема, который ворвался в столовую и сразу же открыл огонь.
Держа наготове лейденский пистолет, я на нетвердых ногах вошла следом за ним, но стрелять было уже не в кого.
Наши друзья были все живы, хотя и не в самой лучшей форме. Все лежали на боку, свернувшись калачиком, стонали и щурились. У Луки был подбит глаз, у Офелии разбита губа, у Тиа из левого уха текла кровь, а Франклина только что вырвало.
Все четверо противников лежали на полу, раскинув руки и ноги, и, судя по застывшим на их лицах идиотским улыбкам, получали огромное удовольствие от миллисекундного концерта, прежде чем Джем выстрелил им в лоб резиновыми пулями. От их лейденских гарпунов поднимался дым.
– Надо же, сработало, – заметила я.
– ЧТО? – спросил Джем.
Я указала ему на уши, напомнив о затычках, после чего бросилась к нашим друзьям.
– Ну здравствуйте, – проворчала Офелия. – Так приятно снова вас видеть. И спасибо огромное за гранаты.
– Уж простите. – Я достала нож для дайвинга и перерезала стяжку на ее руках.
– Ерунда, – заверила она меня. – Что с «Наутилусом»? Как экипаж?
Я коротко отчиталась: «Аронакс» уничтожен, «Наутилус» поврежден, но в порядке, база зачищена (на данный момент), спасибо нашим робострекозиным борцам за свободу.
Лука захихикал, и в этом звуке ясно слышалась истерическая нотка:
– О. Chiudete gli occhi! Теперь я понял! Кажется, я ослеп!
– Это пройдет, – пообещала я, очень надеясь, что это правда.
Франклин рыгнул:
– Я чувствую на вкус бирюзовый цвет. Это нормально?
– Ана, ты в порядке? – спросила Тиа. – У тебя все бинты в крови.
– Видела бы ты напавшего на меня. – Я не стала говорить, что Тиа, Франклин, Лука и Офелия тоже выглядели так, будто их отметелила банда дельфинов. – Простите, что не пришли раньше.
– Ты смеешься?! – Тиа поморщилась, когда я освободила ей руки. – Мы приготовились сидеть тут минимум месяц.
– Ну, мы могли вернуться раньше…
– Вернулись сейчас – и отлично. Спасибо, капитан.
– Нам нужно к «Варуне», – сказал Джем, перерезая стяжку Франклина.
– Да. – Франклин причмокнул, видимо чтобы скорее избавиться от привкуса рвоты и бирюзы. – Они забрали доктора Хьюитта. Он хорошо реагировал на лечение, но его пока еще нельзя перевозить.
– А еще они забрали все наши главные исследования и технику, – добавила Офелия, часто моргая. Без очков она немного напоминала выдернутого из норы крота. – Их необходимо остановить. Скорее!
– Вы не в том состоянии, чтобы сражаться, – испугалась я. – И Дев может в любой момент вынырнуть из лагуны.
– Ваши лейденские пистолеты еще работают? – спросила Офелия. – Оставьте нам парочку.
Джем отдал свое лейденское ружье Тиа, пистолет – Франклину, а оставшиеся гранаты – Луке.
Лука просиял:
– Обожаю гранаты! Спасибо!
Я протянула Офелии свой пистолет. Теперь у меня остался только нож, у Джема – его «Зиг Зауэры», но придется работать с тем, что есть.
– А что будем делать с нашими друзьями? – Джем указал на распластанных на полу охранников.
– О, за них не беспокойся. – Глаза Тиа зловеще блеснули. – Я лично наряжу их в розовые нарукавники с уточками. А вы бегите!
