Следователь Вера Ивановна Грознова на первый взгляд оказалась именно такой, какой первый раз «услышалась» по телефону – сама доброжелательность. Опять же вопросы Грознова задавала примерно те же, что и полицейский Дорогин, – совершенно необременительные. И Аллочка не только внешне, но и внутренне успокоилась. И даже осторожно глянула на часы: вполне еще успеет поучаствовать в репетиции. Возникла пауза, из тех, когда сказать больше нечего, а тут же попрощаться неловко, и Аллочка решила взять инициативу на себя. Спросила:
– Если у вас всё, то я пойду?
– Конечно-конечно, – наидушевнейши улыбнулась следователь, – у меня только последний вопрос: что вы делали у Лепешкина дома вечером, когда его убили?
У Аллочки аж сумочка из руки выпала, соскользнула по колену и шлепнулась на пол. Точь-в-точь, как в дешевой мелодраме.
– О чем вы?! – воскликнула Аллочка, и это тоже было, как в дешевой мелодраме. Причем еще и сыгранной плоховато.
Грознова – молодая, симпатичная, вполне на вид цивильная – подперла ладонью щеку, произнесла с интонацией старушки-сказочницы из детского фильма:
– Ай-яй-яй, Алла Александровна, нехорошо обманывать…
Аллочка протестующе замотала головой, но сама поняла: сыграно не просто плоховато, а вообще бездарно. И следователь это видит.
– Значит, так. – Грознова хлопнула ладонями по столу, смахнула с лица улыбку и вообще всякую доброжелательность, произнесла сурово: – То, что вы в тот вечер были у Лепешкина, доказано. Вы оставили свои отпечатки на бутылке вина, которое пили. Если проверим по биллингу, наверняка обнаружим ваш мобильник в одной соте с квартирой. А капитану Дорогину сказали, что общались с Лепешкиным только в театре. Вы скрыли факт своего нахождения на месте преступления.
Последнее предложение – факт… нахождения… – прозвучало, словно приговор, и Аллочка перепугано вскрикнула:
– Я никого не убивала! Кирилл был жив! Я просто побоялась рассказать!..
– Вот теперь рассказывайте, – велела вмиг ставшая грозной Грознова. – Четко, конкретно, по существу.
Ее с детства называли Аллочкой. Ну а как иначе? Нежное создание с белокурыми кудряшками, голубыми глазками, губками в форме поцелуйчика. Ангелоподобная очаровашка! А голосок… хрустальный перелив! И ведь все это не поблекло с возрастом – напротив, обрело более сочные краски и более аппетитные черты. К тому же оказалось, что еще и талант прилагается – и музыкальный, и артистический. В общем, дивное сочетание!
С юности у нее было полно поклонников, ну а когда она вышла на сцену театра оперетты, то прямо-таки стаями начали кружить. Однако Аллочка Калинкина всякие вздохи-букеты-признания хоть и принимала с улыбкой, однако на них не разменивалась, четко определив, что муж ей нужен, разумеется, любящий, но при этом солидный и состоятельный. О принце на белом коне она не мечтала: несмотря на свой романтический образ (и соответствующие роли), понимала, что принцы женятся обычно на принцессах, а актрис держат для развлечения – поразвлечься же она и сама умела.
Любящий, солидный и состоятельный у нее появился через два года после начала работы в театре, причем в самом начале гастролей в другом городе. Виктор работал начальником отдела финансового анализа в банке, а в театр пришел в качестве сопровождающего двух приехавших в командировку коллег, одна из которых обожала оперетту. Он влюбился в Аллочку буквально с первого взгляда. И в тот же вечер, отринув правила гостеприимства и в спешном порядке отправив гостей на такси в гостиницу, стал поджидать молодую актрису у служебного входа. Цветов он купить не успел, однако успел заготовить такую убедительную речь, что Аллочка в течение пяти минут согласилась отправиться с ним на прогулку по вечернему городу.
Гастроли длились две недели, потом начался отпуск, к концу которого сыграли свадьбу. В свой родной город Аллочка уже не вернулась, но с удовольствием была принята в музыкально-драматический театр. Главный режиссер Волынцев видел ее в гастрольных постановках и остался весьма довольным.
Ах, как все поначалу замечательно складывалось!
Виктор был старше на десять лет, имел трехкомнатную квартиру, хорошо зарабатывал и жену обожал.
В театре к Аллочке сразу отнеслись благожелательно, что ее, успевшую познать и зависть, и интриги, и скандалы, весьма удивило. Однако очень скоро она поняла: главная причина – в директоре Дуднике. Михал Семеныч исповедовал принцип дружной семьи, считая, что конфликты только вредят театру, главная задача которого – дарить зрителям радость. Именно из-за склочного характера была уволена весьма талантливая актриса, чье место очень кстати заняла Аллочка. В своем амплуа лирической героини она, конечно, была не единственной, но главные роли стала играть почти сразу – в основном в опереттах и мюзиклах. Ну и сразу появились почитатели – с цветами, комплиментами… Ну а какой актрисе это не в радость?
