- Думаю, несколько дней они продержатся без труда. Через пещеру пробегает ручей, а значит, нужды в воде у них не будет. Запаса продуктов им хватит на неделю, не больше.
- Хватит ли этого времени, чтобы освободить дорогу? – спросил Данзас.
- Не могу знать, ваше сиятельство, - вздохнул месье Жубер. – Как я уже говорил, предыдущий завал не смогли разобрать и за несколько лет. Но будем надеяться на лучшее. Если позволите, ваша светлость, я отправлюсь в горы прямо сейчас, и как только что-то будет известно, пошлю в замок вестового.
- Да, конечно! – одобрила я и взглянула на графа. – Может быть, нам с вами тоже поехать туда?
- В этом нет никакой необходимости, - заверил меня управляющий. – К тому же, в горах сейчас холодно. Если ситуация разрешится быстро, я вернусь уже завтра к вечеру.
Но к вечеру он не вернулся. А еще через день стало ясно, что наше присутствие в горах тоже требуется.
Мы с графом отправились к месту происшествия верхом. Хотя светило солнце, Элиза настояла, чтобы я взяла с собой теплую накидку. Честно говоря, она довольно скоро мне понадобилась.
Мы едва смогли проехать по горной дороге – она была запружена повозками и пешеходами. Жители всех близлежащих деревень отправились к завалу, чтобы хоть чем-то помочь оказавшимся отрезанными от мира землякам.
В горы шли не только мужчины, но и женщины, и даже дети. Там, в пещере, оставались их близкие – мужья, братья, сыновья.
Всю величину трагедии я смогла понять, только когда мы прибыли к завалу. Входа в пещеру даже не было видно. Груды камней сделали дорогу непроходимой.
Среди множества усталых, растревоженных лиц я пыталась найти Мартина, но его нигде не было видно.
- Да, ваша светлость, - подтвердил месье Жубер, - это была как раз его смена. Он в пещере. И его племянник Робер – тоже.
Я представила, как плохо было сейчас совсем еще маленькому мальчику, первый раз отправившемуся в пещеры на работу, и не смогла сдержать слёз.
Месье Лесток – управляющий рудниками – докладывал обстановку:
- Дела плохи, ваша светлость. Мы работаем уже два дня без остановок, но всё, что мы смогли сделать, это отбросить в стороны те камни, что смогли поднять. Но вход в пещеру завален огромным валуном. Мы не смогли даже пошевелить его.
Я видела это и сама. Такой гигантский камень не под силу было бы сдвинуть даже великану. Рядом с ним суетились и находившиеся по эту сторону рудокопы, и прибывшие из деревень крестьяне.
- Нужно расколоть его на несколько частей, - сказал граф Данзас. – Вы можете это сделать?
- Мы пытаемся, ваше сиятельство, - затрясся месье Лесток. – Но, боюсь, наши инструменты недостаточно хороши для этого. Такой камень могут расколоть только кирки с алмазными наконечниками. Но их у нас нет.
- А где они есть? – сердито рявкнул Данзас. – И как быстро можно привезти их сюда?
- Их делают только в Силезии, ваше сиятельство. Это редкий и очень дорогой товар. Нет никакого смысла использовать их при ведении обычных горных работ.
Он словно бы оправдывался, хотя мы ни в чём его не обвиняли. Разве только в том, что за столько лет он не предпринял усилий, чтобы очистить второй выход из пещеры.
- Но разве сейчас они не были бы вам полезны? – спросила я.
- Да, ваша светлость, - подтвердил он, - очень полезны. Только каждая такая кирка стоит как несколько породистых жеребцов.
- Сколько дней вам потребуется, чтобы привезти их из Силезии?
Да, цена вопроса оказалась велика, но разве жизни людей не были дороже?
Месье Лесток посмотрел на меня с уважением.
- Четыре дня, ваша светлость. Два дня – туда, два дня – обратно.
- Отправляйтесь немедленно! – велела я. – Только сначала заедем в замок.
Мне всё-таки пришлось принять решение о продаже части драгоценностей де Ламбертов.
- Я отберу самые новые из них, ваша светлость, - сказал месье Жубер. - Те, что не имеют исторической ценности. Прежде всего, те, с рубинами и изумрудами, которые часто надевала матушка его сиятельства. Не думаю, что вы захотите носить украшения, которые принадлежали ей.
Я взглядом поблагодарила его. Шла уже третья бессонная ночь.
55. Тайная магия
На то, чтобы доставить кирки с алмазными наконечниками из Силезии в Ламбер, потребовалось больше четырех дней – почти неделя. Всё это время работы у завала не прекращались, и даже мы с Данзасом бывали там почти ежедневно.
Лица людей, участвовавших в разборе завала, мрачнели всё больше и больше, а надежды с каждым часом становилось всё меньше и меньше. И если первые дни оттуда, из пещеры, еще доносились крики рудокопов и стук инструментов, то к исходу первой недели их уже почти не было слышно.
Я видела, как за это время поседела и словно пригнулась к земле Карин - сестра Мартина, как потемнели, осунулись родители, жены и дети других пленников горы.
