Рассматривая фотографии Бена, снова и снова прокручивала в голове напутствие Антона:
Задумчиво перевела взгляд на Золотинку. Крошечка неутомимо скакала на батуте, норовя того и гляди перекувыркнуться в воздухе. В моих висках запульсировали мысли-отбойники:
Я на людей смотрю с опаской, И сомневаюсь без конца:
Мне страшно, что под чьей-то маской
Вдруг не окажется лица…
Александр Горбунов
01.03.2020
«Он что, больной?» — покосилась на худого мужчину в одноразовой маске у кассы супермаркета. Человек с нездоровым цветом лица рассчитался мятыми купюрами, сгрёб в карман мелочь, сложил в сетку нехитрый продуктовый набор и смачно откашлялся. Покупатели брезгливо шарахнулись от него.
«Как неприятно…» — втянула шею в панцирь пуховика и проводила взглядом сутулую спину. Почему он в маске? Бронхит, ОРВИ или рак лёгких? А, может, туберкулёз? Стоя в пробке по дороге домой, крепко задумалась. Почему общество сторонится людей в масках? Да всё ж понятно! Мы не знаем причины, почему они прячут лицо, а то, чего не понимаем, пугает. Мы боимся заразиться от подозрительных личностей чем-то опасным, вирусным, неизлечимым. Держимся подальше от кашляющих и не задумываемся — а может быть не они для нас опасны, а мы для них?
МВ-пациенты вынуждены избегать посещения общественных мест. Бани, сауны, бассейны для них табу. Но от людей не спрячешься, и ездить в транспорте, ходить в магазины и поликлиники всё равно надо. И приходится носить маски. Не обычные одноразовые, а респираторы.
У этих людей есть причины.
Первая — они боятся заразиться инфекцией от нас, «здоровых».
Вторая — подозрительно часто заходятся кашлем, и закрывая лицо, создают иллюзию заботы об окружающих. Только чем они угрожают? Ничем.
Поэтому «особенные» дети редко посещают садики, школьники обходятся домашним обучением, студенты чаще выбирают профессии, не связанные с работой в коллективе.
Какое будущее ждёт мою общительную, любознательную Золотинку? Она же так любит людей…
10.03.2020
«Где я могла так простудиться? Как идти в таком состоянии к врачу? А если вызову скорую и меня отправят в инфекционку, с кем останутся дети?» Ещё вчера я валялась с температурой тридцать девять и едва не выплюнула собственные лёгкие.
Нельзя лежать. Надо вставать и ехать. С трудом поднялась с постели, кое-как навела в доме порядок и побросала в сумку попавшиеся под руку вещи. Сложнее всего было собрать Золотинку. Ингалятор, стерилизатор, массажёр, сумка с лекарствами, батут, фитбол… столько всего важного надо не забыть. Набила багажник под завязку. Отсутствовать неизвестно сколько, а процедуры никто не отменял.
Выкинула из холодильника остатки продуктов, перекрыла воду, выдернула из розеток электроприборы. Кажется, всё. Уходя, посмотрела на Дымку. Сидя на коврике в коридоре, кошка провожала меня грустными зелёными глазами. Когда мы уезжали ненадолго, за ней присматривала соседка, но сейчас интуиция шепнула: «Не оставляй хвостатую дома, неизвестно, сколько продлятся эти “каникулы”». Долго не думала. Посадила перепуганное животное в переноску, по привычке перед выходом посмотрела в зеркало — есть такая примета, чтобы обязательно вернуться, и закрыла дверь.
В путь. Всегда любила дальнюю дорогу. В точке Б ждали родители, на заднем сиденье мирно спали дети, в голове роились неутомимые мысли-пчёлы. Двести восемьдесят километров, три часа езды без остановки, и мы прибыли на место. О, нас уже и встречали. Как же здорово приезжать из дома домой!
Мы с детьми любим это место сильнее, чем наше современное удобное гнёздышко. С радостью спешим из каменных джунглей сюда, в тихий родительский дом. Здесь колокольчик на двери встречает гостеприимным звоном, на кухне пахнет свежей сдобой, а книги и игрушки напоминают о безвозвратно ушедшем детстве.
11.03.2020
Весенние «каникулы» действительно затянулись. Мир захлестнула пандемия25. Коронованная особа косила с размахом, без устали, без разбору. Разгонялась со скоростью геометрической прогрессии. Р-раз махнёт — положит сотню душ, дв-в-ва — тысячу, тр-р-ри — миллион. Постепенно костлявая добралась и до нашего провинциального городишки, но в родительский дом зайти не посмела.
