Вита, фыркнув, оттолкнулась от меня и поковыляла к обронённой дорожной сумке. Думая, что я не вижу, она быстренько сунула ладошку между ног, видимо желая убедиться в сухости штанов и, повеселев, запрыгала козочкой. Я же, продолжая лыбиться, развернулся к месту побоища. М-да, будет, чем попировать ночным стервятникам и падальщикам.
Я пристегнул меч за спиной и поправил воротник плаща. Плохо, совсем плохо, скажу я вам. Почему-то у меня сложилось стойкое убеждение, что эти недоноски ждали нас. Что они знали, что мы рано или поздно появимся в Восьмом портале, и дежурили неподалёку. И почему-то мне казалось, что им был нужен ни столько я, а сколько мой клиент. Им была нужна Вита. Кому – им? Ну ясен пень, что не веретенникам. Ловушку устроили те, кто сбил их в стаю, дал координаты и приказал напасть на нас. Те или тот, кому известно слишком много.
Чёрт-чёрт-чёрт. У меня резко разболелась голова.
________________________________________________________
Дилижанс слегка трясло и подбрасывало. Завывающий снаружи ветер яростно кидался на стены и застеклённые окна дверей. Снег повалил сплошной стеной, налипая на крышу и принайтованный сверху багаж. Лихой возница, обосновавшийся на козлах, не придавал разгулявшейся непогоде никакого значения. Кутаясь в тяжёлый плащ из овечьей шерсти, знай себе, помахивал бичом, да изредка прикрикивал на впряжённую в дилижанс четвёрку резвых добротных коней.
В пассажирской будке было относительно тепло. В щели не задувало, на голову не капало. Скажу откровенно, нам с Витой невероятно повезло. Мы успели отмахать три или четыре мили, совсем стемнело, снег усиливался с каждой минутой, превращая ночь в размазанные белесыми штрихами сумерки. Поднялся ветер, похолодало. Я бы спокойно шёл и дальше, но Вита практически валилась с ног, то и дело покашливая в кулачок, и стараясь прижиматься к моему правому боку с подветренной стороны. Оно и немудрено. Бедняжка была просто физически не готова к подобным нагрузкам. Мне бы следовало учесть фактор скоропортящейся на Обратной Стороне погоды. Но я привык думать только о себе.
Добрых полчаса я потратил, чтобы оттащить подальше от дороги смердящие трупы полёгших веретенников. Следы крови на истолоченной дороге сразу же засыпал разлапистый снег. Дилижанс догнал нас, когда я уже подумывал взять вконец ослабшую, через шаг спотыкающуюся, девочку на руки. Думаю, на тот момент она успела десять раз проклясть и Обратную Сторону, и своего объявившегося отца, и себя и меня впридачу.
Дилижанс подоспел как нельзя кстати. Нам повезло и повезло очень крупно. И тем, что в кои-то веки по этой полузабытой дороге проезжал направляющийся в пригород пассажирский дилижанс, и тем, что в нём оказались свободные места. Впрочем, не покривив душой, скажу, что для НАС с Витой места бы нашлись в любом случае. Я бы пошёл на крайние меры, попросту вытолкнув взашей парочку лишних пассажиров на ветер и снег.
Дилижанс был из последних моделей, мощные амортизаторы сглаживали вибрацию, и часто встречающихся ухабов, и рытвин мы почти не ощущали. Небольшая тряска лишь укачивала и помогала заснуть. Вита, например, этим самым и занималась. Порядком обессилевшая девочка, тихо посапывала, привалившись головой к моему плечу, и иногда вздрагивала во сне. Намаялась, маленькая баронесса…
Помимо нас, в дилижансе путешествовали ещё три человека. Таким образом, в рассчитанной на восемь мест кабине было где развернуться. Вся тройка сидела напротив меня. Мужчина и женщина средних лет и свернувшийся клубком, положив голову на колени матери, маленький мальчик лет семи. Обычная добропорядочная семья. Судя по одежде и объёмному багажу достаточно состоятельные, чтобы позволить себе нанять дилижанс по маршруту Приграничье - Пригород. Собственно, так оно и оказалось. Да они могли и не останавливаться, чтобы подобрать двух плетущихся по окольной, забытой всеми богами, пользующейся дурной репутацией дороге, путников. Мало ли какие подозрительные личности шляются по ночам в столь ненастный час?
Ещё раз нам повезло в том, что кучер, приметив невысокий рост и бросающуюся в глаза субтильность Виты, понял, что рядом со мной находится девочка-подросток. Кто знает, как бы он поступил, если бы я тащился в гордом одиночестве.
Как позже выяснялось за возникшим в дилижансе разговором, мужчину звали Родерик, его клюющую носом второю половину Оброй, а так и не проснувшегося мальчугана Джейми. Обо всём этом поведал глава семейства, хотя я его и не просил откровенничать. Я назвался Германом, а практически сразу заснувшую Виту своей племянницей Ванессой. Слава богу, наш новый знакомец не стал уточнять, откуда и куда мы путь держим, и мудро перевёл разговор в иное русло, горько сетуя на подскочившие в последнюю декаду цены на зерно. Сам он был зажиточным фермером, имел хозяйство, полное всяческой домашней живности и направлялся в Пригород на свадьбу двоюродного брата, которому взбрело в голову пожениться сейчас и немедленно, будь он трижды неладен.
