Тайлер взял меня за плечи, но я выкрутилась и оттолкнула его руки. Я должна его отпустить. Сейчас, пока наши отношения не зашли слишком далеко. Будет больно, это как рвать по живому, но он это переживет, и я переживу. Да, я должна. Я не хочу, чтобы он погиб! И не хочу, чтобы в его груди появилась еще одна не зарастающая черная дыра, если погибну я.
— Пошел ты, Тай! — процедила я, вытаскивая наружу ненависть, давно похороненную где-то в глубине души.
О Всеблагой, как же тяжело. Зачем он смотрит на меня так? Где найти нужные слова, чтобы довершить удар? Чтобы он никогда больше не захотел вернуться. Гортань заранее сводило судорогой из-за того, что я собираюсь сказать.
— Я не хочу больше притворяться! Я была с тобой только потому, что ты мог меня защитить. Но теперь я вижу — ты слабый! Ты ничего не можешь, Тайлер! Ты не можешь меня спасти!
Ложь работает лучше всего, когда в ней спрятана капля правды. Тайлер действительно не мог защитить меня от князя Лэггера, но он бы не отступил, сражаясь до последнего вздоха.
Нет, Тай, больше никто не пострадает из-за меня!
Его лицо потемнело.
— Я тебе не верю, — ответил он.
Но я видела: поверил.
Тайлер снова потянулся меня обнять, и я, чтобы не взвыть от разрывающего меня на части отчаяния, ударила его.
*** 37 ***
Тайлер блокировал мой удар, остановив мой кулак в воздухе и не дав ему коснуться своей груди. Его синие глаза метали молнии, губы сжались. Я отскочила на шаг, провела ладонью по волосам, приглаживая влажные пряди, и бросилась в атаку.
Ты хорошо обучил меня, наставник. Во время оценочного боя ты легко справился со мной, но теперь я стала сильнее и быстрее, и я знаю все, что знаешь ты!
Тайлер возвышался надо мной на добрых полторы головы и казался крепким, как каменный столб, но, в отличие от того же неповоротливого Атти, он был на удивление проворным столбом — он теперь не давал себе труда отбивать мои удары, а просто ускользал от них. Он не хотел со мной драться. И это страшно бесило.
— Выкладывай, что произошло! — рявкнул он, в очередной раз пропуская меня мимо. Так оскорбительно, что я не могла коснуться его и пальцем при всем своем мастерстве и скорости. — Я приказываю!
— Отвали, Эйсхард!
В конце концов, это унизительно — кружиться волчком вокруг, будто он заколдован. Проклятье, а ведь он до сих пор не применил дара мерцающего, только отточенные годами тренировок навыки. Гадство!
Я отступила, выравнивая дыхание. Меня колотила нервная дрожь, щеки пекло от пота и слез. Слез? Только не это! Еще и собственное тело меня предало? Надо покончить с нашими отношениями здесь и сейчас, задушить их в зародыше, а я трясусь и плачу?
Я мазнула тыльной стороной ладони по лбу и глазам, стирая влагу. Это просто капли пота, а не то, что ты подумал, Эйсхард. Схватила торчащий из деревянного короба шест — мы использовали их раньше, до того, как перешли к отработке приемов с настоящим оружием. Я в прошлый раз одолела Тайлера на арене, одолею и сейчас.
— Защищайся!
— Дейрон! Бездна и тьма! — выругался он, но шест взял. — Ладно. Если тебе это нужно.
— Мне нужно, чтобы ты оставил меня в покое!
Он сузил глаза и, прокрутив шест в воздухе, встал в боевую стойку. Я закричала, бросилась вперед и нанесла бестолковый и беспомощный удар, чью силу Тайлер погасил, подставив центр шеста. И снова он не нападал, а только парировал атаки. Играючи.
Я была слишком вымотана физически и душевно, чтобы включить голову и вспомнить тактики, выручившие меня на зачетном поединке. И выбивало из колеи то, что Ледышка не вступал в серьезное противостояние.
— Слабак! — заорала я. — Не смей поддаваться!
Колояр думает, что ты сдулся, а все потому, что твоя тяга ко мне — твоя слабость. Не знаю, как правильно назвать наше притяжение. Это пока не любовь. Но какая-то неодолимая центростремительная сила, бороться с которой так же бесполезно, как оторвать друг от друга Луну и Землю.
Слабости мешают. Слабости приводят к ошибкам. Ошибки — к гибели. Я должна освободить тебя, Тайлер.
Концы наших шестов встретились внахлест, дрожь передалась в руки, почти заставив меня выпустить оружие. Я хотела битву всерьез — я ее получила.
Шест замелькал в руках Тайлера с головокружительной быстротой, я едва успевала отбиваться. «Жало», «коготь», «змей» и «клещи» — я отточила приемы до автоматизма, но теперь держалась лишь на одном упрямстве. На импровизацию не хватало времени.
Но только не Тайлеру. Он усмехнулся, глядя мне прямо в глаза, а потом наглым образом своровал мою же хитрость — объединил разные техники в одну. «Бабочка» и «лоза» — кончик шеста подсекает меня под колени, и я лечу на циновку, не успев сгруппироваться. Шест, грохоча, откатывается в сторону. Я лежу, раскинув руки. Но всего мгновение: со всхлипом втягиваю воздух и начинаю подниматься. Еще не кончено. Какой же ты упрямец, Тайлер! Просто развернись и уйди наконец!
— Дейрон, все! Бой закончен!
— Ни фига!
