Несмотря на сомнения, я бодро продолжала отвечать на вопрос:
— Долгие недели шли споры, но красноречие и железная воля Максимилиана переломили ход истории. Он доказал, что только единая империя, с единой армией и законами, сможет защитить людей от Тварей. «Раздельные знамена падут, но сплетенные воедино — выстоят», — провозгласил он перед собравшимися правителями. Итак, в день летнего солнцестояния 599 года, под звон колоколов Велгара, была провозглашена Священная Империя, а Максимилиан принял титул Августейшего Императора.
— Отлично, кадет Дейрон! — воскликнул мейстер Шоах, его глаза увлажнились. — Давно не слышал столь блестящего ответа.
Похвала была заслуженной, но я почему-то не чувствовала радости. Мир, каким я его знала, перестал существовать. Я больше не верила императору. Что, если вся наша империя основана на обмане? Мейстеру Шоаху о моих подозрениях знать не следовало: пожилой преподаватель всю жизнь посвятил служению Аврелиану и явно не входил в оппозицию.
Вот так, спустя два дня я все еще жива и умудрилась закрыть сессию на высшие баллы.
На следующей неделе начнутся первые практикумы с настоящими тварями. Первогодки станут сражаться с бестиями из зверинца и полностью опустошат его за пару месяцев. Все равно твари в стазисе долго не протянут.
Однако очень скоро в Академию потянутся повозки, запряженные кряжистыми тяжеловозами. Повозки, охраняемые отрядами императорской гвардии. На каждой — крепко сколоченный деревянный короб, обшитый полосками металла и перехваченный цепями, над ними вьется черный дымок стазиса, который быстро развеивается в студеном воздухе.
Это «сезон клыков и когтей» — так кадеты Тирн-а-Тор прозвали время, когда в Академию поставляют новых тварей для обучения первогодков.
Именно князь Лэггер курирует доставку бестий, самолично сопровождая опасный груз. Он любит подыскивать редких тварей, как говорят — это его хобби. Специально для него старшекурсники устраивают показательные поединки. В прошлом году во время такого боя погиб выпускник…
Уверена, для меня князь Лэггер подберет редчайшую тварь. Себе под стать.
Огромный внутренний двор бывшего форта, охваченный с двух сторон неприступными каменными стенами, обнявшими его, точно две руки, заполняли повозки. Первый день сезона клыков и когтей должен был бы напугать нас, ведь бестий доставили с границ специально для первогодков, однако вместо страха принес оживление и любопытство.
Третьекурсник, кажется, его звали Бирс, заглянул в тренировочный зал и обратился как будто только к эфорам, на самом деле с улыбкой посматривая на первогодков, тут же отвлекшихся от спаррингов и навостривших уши.
— Повозки прибыли. В этот раз их больше обычного: я насчитал пятнадцать штук. Говорят, привезли даже ундина в аквариуме из закаленного стекла.
Первогодки стягивались ближе к Бирсу, изображающему безразличие, но и эфоры уже переглядывались с ухмылочками, зная, что никакая сила на свете не удержит желторотиков, взбудораженных новостями.
— Мы ведь сможем пойти посмотреть? — спросил кадет Листори, отряхивая руки и форму от пыли и мелких соломинок.
— Смотреть там особо не на что, — спустил его с небес на землю эфор Навье. — Ящики закрыты, твари в стазисе.
— Я слышала, что иногда показывают одного или двух, специально для новичков, — робко возразила Мейви.
За ее спиной возвышался Миромир, сложив руки на груди, и по одной только этой позе было понятно, что он приглядывает за хрупкой брюнеткой и не даст ее в обиду никакой твари. Я была рада видеть, что карцер, где Миромир провел три дня, никак не отразился на его характере: он все так же доброжелательно общался с однокурсниками и на меня, кажется, не точил зуб. Во всяком случае, увидев в зале, кивнул, будто сообщал этим жестом: «Все хорошо».
— К тому же бестий сопровождают офицеры-одаренные, — промурлыкала кадет Иделис. — Не зеленые юнцы вроде вас, а настоящие мужчины.
— Да, они не зеленые юнцы, — фыркнул Колояр, оскорбленный таким сравнением. — А засушенные корнеплоды!
Рядом со мной встала Веела, поправляя растрепавшиеся пряди. Вель с Ронаном только что отрабатывали приемы на соседнем мате. Надо сказать, у нее все лучше получалось справляться с боевой подготовкой. В начале года невозможно было поверить, что хрупкая и слабая Веела к зиме освоится настолько, что сможет положить на обе лопатки кадета с габаритами Ронана.
— Интересно, отец вернулся?.. — прошептала она.
Князь Лэггер уехал из Академии на следующий день после завершения сессии. Перед отъездом он дал мне выпить новую дозу противоядия.
— Усиленная формула, — усмехнулся он, увидев, как я скривилась от кислого привкуса: в отличие от жидкости в первом флаконе эта на вкус оказалась как разбавленный уксус. — Должно хватить на пару недель.
Пару недель? Пару? А поточнее нельзя? Я не могла вслух высказать негодования, но красноречиво уставилась на мерзавца.
— Я вернусь к окончанию срока и привезу для тебя отличную игрушку, — пообещал сиятельство.
