– Я бы так не сказала! – возразила Джулиет. – Вообще-то я бы хотела осмотреть какие-нибудь музеи, которые остались со времен войны, но я еще до этого не добралась. Я продолжаю надеяться, что кто-нибудь из родственников возьмет меня на экскурсию, но они вроде не собираются, а я не хочу просить их. Не хочу слишком давить на них.
– Ну а почему бы мне не повозить вас? – не подумав, спросил он, сам того не ожидая. Джулиет тоже выглядела удивленной.
– Правда? Это так любезно с вашей стороны. Но я не это имела в виду…
Он улыбнулся:
– Уверен, что не имели. Это доставит мне удовольствие. Я предлагаю подземный госпиталь. Он был построен пленными, он очень интересный. Я сам хочу посмотреть на него, но вы же понимаете: когда живешь здесь, то нужен гость, чтобы собраться и поехать.
– Это верно. Я живу в Сиднее, но разве я часто хожу в Оперный театр?
– Не знаю. И часто?
– Практически никогда. Правда, это глупо. – Она посмотрела на часы. – Господи, уже столько времени! Разве вам не надо ехать на работу?
– Нет, все в порядке. Я работаю на себя, поэтому завтра я смогу вас отвезти в подземный госпиталь, если это вас устраивает. – Он сказал это ровным голосом, но потом быстро продолжал, чтобы она ничего не спрашивала у него: – Лучше, если я захвачу вас на своей машине. Вы приедете ко мне или встретимся где-нибудь?
Она слегка нахмурилась, и он обругал себя, понимая, что она думает – а почему он не хочет, чтобы ее родственники знали, что она с ним встречается? Он знал, что лучше бы не смешивать бизнес с удовольствием, черт побери! А она все еще не понимала, почему он так сделал. Она была очень привлекательной девушкой, без сомнения, но его не интересуют девушки, привлекательные или нет… ведь так?
– Вы думаете, они узнают и зададут какие-нибудь неприятные вопросы? – задумчиво спросила она. – Ну, транспорт для меня – не проблема. Наверное, проще будет встретиться возле госпиталя. Я уверена, что найду его по карте без особого труда.
– Ну тогда, скажем, в три?
– Почему бы нет? Не думаю, что мне удастся что-нибудь выяснить к этому часу, но…
– По крайней мере, будем держать связь.
И это объяснило все, подумал он. Он не хотел рисковать, чтобы не потерять контакт с мисс Джулиет Лэнглуа, потому что не хотел упускать возможность написать хорошую повесть. А все остальное – ерунда.
Дэн еще поворачивал ключ в замке, когда услышал телефонный звонок. Он рывком открыл дверь и промчался через холл, чтобы схватить трубку.
– Алло?
– Дэн? Я как раз собирался вешать трубку. Фил Гулд.
– Фил! – Дэн едва удержался, чтобы не сказать «мистер Гулд». – Я отъезжал на ланч.
– Кому-то повезло?
– Это по делу.
– Правда? Ну, поверю тебе. Дэн, помнишь, о чем ты меня спрашивал? И помнишь, я сказал тебе, что это чисто семейное дело? Ну, там есть одна вещь, о чем я забыл. Может, в этом ничего и нет, но это касается Рэйфа Пирсона.
– Рэйф Пирсон? Владелец джерсийского ночного клуба «Лили»?
– Он самый. Луи был там, в клубе, в ту ночь, когда он умер. Они с Рэйфом хорошенько нагрузились. Они были большие приятели, он и Рэйф, по крайней мере так казалось. Можно было сказать, что они оба были в одном плане, любили показуху, пижоны. В свое время Рэйф, конечно, выглядел более кричащим. В начале семидесятых он взял торговлю для туристов в свои руки и создал большие экстравагантные варьете, в которых было полно звезд, имени которых никто не слышал: непристойные комики, безголосые певцы, бывшие долговязые танцоры в коже и трико, второсортные маги и даже пожиратели огня, знаешь, что это такое. Жалкий тип. В то же время Луи, конечно же, был представителем роскошного рынка услуг. Но, как я говорил, у них было достаточно общего, чтобы быть хорошими друзьями – до той ночи.
– А что же случилось?
– Был какой-то мощный скандал. Половина персонала слышала его, хотя ни один так и не понял, о чем шла речь.
– А откуда вы все это знаете, если дело толком не расследовали?
– Один из барменов приходил к нам после того, как был застрелен Луи. Он подумал, что мы можем заинтересоваться. Сказал, что проходил мимо двери офиса и слышал, как они орали друг на друга. Ему показалось, что он расслышал слово «шантаж», но вряд ли он прав. У Рэйфа была – или есть! – не такая репутация, которую надо защищать. Тем не менее, Луи вместе со своими приятелями оставил клуб. Бармен говорил, что он кричал, что еще не все потеряно, он еще покажет. Но у него, конечно, уже не было шанса что-либо показать. В ту ночь он был застрелен.
Дэн сощурился. Волоски у него на затылке приподнялись, как всегда, когда что-то увлекало его.
– Это совершенно иной поворот, Фил, – сказал он. – Звучит многообещающе. А почему это никогда не расследовали?
