Он развёл руки перед собой, как он делал это раньше, и я подошла к нему.
Джинн обхватил меня своими длинными руками и прижал к себе. Ранее этот интимный жест заставил меня замереть. Он показался мне непристойным — мы стояли слишком близко. Но на этот раз, я поняла, зачем это было нужно. Только я успела сделать вдох, как земля ушла у меня из-под ног. Я почувствовала, что воздух изменился, свет стал ярче. Мы снова были в душном пространстве дворца.
Я осталась с закрытыми глазами, наслаждаясь теми эмоциями, которые подарил мне джинн. Открыв глаза, я приготовилась вернуться в ту жизнь, которая не была моей. Птицу снова загнали в клетку.
— Тебе надо идти.
Он опустил руки и отступил на шаг от меня.
Несмотря на жару, я почувствовала холод, когда он отошёл от меня. Я подняла на него глаза. Я уже скучала по нему, по свободе и по историям, которые он рассказывал. Мне снова хотелось его внимания, и меня ужасала мысль о возвращении в свою жизнь, к тем однообразным дням, где мне приходилось слушать своих сестёр, ткать, сплетничать и ничего не делать.
— Когда я снова увижу тебя?
Я ненавидела себя за то, с каким отчаянием я произнесла эти слова. Может быть, я совершила ошибку, не попросив у него свободы? В другой раз. Я должна попросить у него свободу в другой раз.
— Эмель, ты должна идти. Время снова движется, — тон его голоса был суровым.
— Я скоро увижу тебя? — снова попыталась спросить я, желая отложить своё возвращение домой и ещё постоять с ним в коридоре.
Мне не хотелось возвращаться к сёстрам и к той жизни. Не сейчас.
— Надеюсь.
Он двинулся по коридору в противоположном направлении от меня. Наблюдая за тем, как он уходит, я испытала отчаяние.
— Подожди!
Он развернулся и посмотрел на меня, в его взгляде читался вопрос.
— Я желаю… — я запнулась, не зная, как выразить то, чего я желала, как сказать ему о том, что я не хотела возвращаться в ту жизнь, которая ждала меня. — Я желаю пока что не возвращаться домой.
В его глазах промелькнула боль, когда он услышал мои слова. Он прошептал:
— Твоё желание будет исполнено.
И тут же из ниоткуда подул тёплый ветер, и джинн трансформировался в золотую пыль, которая растворилась в воздухе. Он исчез.
Я растерянно уставилась на то место, где он только что стоял. Ничего не изменилось. Мои внутренности сжала сильная боль. Я ненадолго ощутила свободу, но теперь это чувство сковало меня точно металлические наручники на запястьях. Оно было тяжёлым, незабываемым и тянуло меня назад.
Я повернулась в том направлении, куда ушли мои сёстры несколькими мгновениями ранее, и уставилась на коридор. Почему моё желание не сработало? Я зашагала по направлению к зафифу, чтобы найти своих сестёр.
У меня за спиной раздался сердитый голос:
— Стой!
Я взволновано обернулась. Это был голос, который я знала. Голос, который мне не хотелось бы слышать, будучи одной в этом коридоре.
У входа стоял Нассар, ткань шатра всё ещё колебалась у него за спиной. Он бешено озирался вокруг.
— Кто это был с тобой?
— Никто, — заикаясь, ответила я.
Он продолжал озираться, словно кто-то мог прятаться в складках ткани. Затем его стальной взгляд остановился на мне.
— Тебе нельзя находиться здесь одной, — прошипел он. — Как смеешь ты нарушать приказ Короля?
Он развернулся и позвал солдат сквозь стены шатра:
— Отведите эту ахиру к Королю!
Два стражника ворвались в коридор из-за спины Нассара и быстро подошли ко мне. Я даже не успела ничего ответить, как они схватили меня за плечи и грубо потащили к Соляному Королю.
ЧАСТЬ II
ТАДХАЛАК. ЖЕРТВА
— Найденная рукопись с рассуждениями о книге Литаб Алмак.
ГЛАВА 8
