Голос прозвучал на удивление твердо. Не думала, что справлюсь с собой, ведь перед глазами всплыли воспоминания о нападении Лирра и кровавой расправе над моряками. И стоит ли сказать Димери, что Лирр знает меня? Вдруг у него есть объяснение?
– Что бы ни происходило между вами, это не меняет фактов: у него ваша мать, и он придет за вами снова. – Пират наполнил оба стакана вином и пододвинул один ко мне. В его глазах не было ни веселья, ни насмешки, ни издевки. – Интерес Лирра к ней, а через нее и к вам – давний, он тянется еще со времен нашей юности. Мы, видите ли, вместе плавали. Очень давно, когда служили под началом человека по имени Бреттон.
Я даже рот приоткрыла. Вдруг исчезли все звуки, до меня больше не доносились разговоры, шаги и звон стаканов. Я едва замечала порывы ветра, и сквозняк, проникавший сквозь ставни, перестал покусывать щеки. Я видела только Димери и слышала только его слова.
– Бреттон? – повторила я. Мне доводилось слышать это имя раньше, хотя воспоминания были весьма смутными. Может, оно звучало в подслушанном разговоре родителей. – Кем он был?
Димери постучал по краю моего стакана:
– Выпейте и успокойтесь. Сядьте поудобнее, мисс Ферт. Я постараюсь не затянуть свой рассказ, но вы уже бледны как мел.
Я придвинула стакан:
– Рассказывайте.
– Бреттон был пиратом с Мыса, – начал Димери, и его голос окружил меня, словно кокон. – Двадцать пять лет назад он бросил якорь в Калсанке, чтобы набрать команду. В те времена Калсанк был портом, где моряк всегда мог найти место на корабле. Достаточно удаленный и скрытый от чужих глаз, особенно от глаз военных с Мыса, Мерея и Аэда. Это привлекало на остров немало моряков вроде меня.
– При чем тут мама? – спросила я.
– Бреттон уже взял ее в команду, как и Лирра. – Губы Димери сжались в тонкую линию. – Она стала его штормовиком, а Лирр – погодным прорицателем, предупреждающим о бурях, которые должна рассеять Энн. Они работали как одна команда. Энн была молода, ей едва исполнилось шестнадцать. Бреттон не был добрым капитаном, а Энн оказалась достаточно смелой, чтобы начать подстрекать экипаж к мятежу. Но тут Бреттон задумал нечто грандиозное. Разыскать и поднять со дна обломки мерейского корабля, перевозившего сокровища. Мы решили, что сначала заполучим этот куш, а потом перережем глотку Бреттону.
Я видела, как блеснули кольца на сжавшихся пальцах Димери, когда он продолжил:
– Бреттон так и не нашел мерейское судно. И однажды ночью слишком многое себе позволил с вашей матерью. Она убила его на самых подходах к Штормовому Валу.
По рукам пробежали мурашки. Мама убила человека в шестнадцать? Страшно подумать.
– А что Бреттон делал у Штормового Вала? – спросила я.
Мне доводилось слышать об этом месте – области в Зимнем море, окутанной легендами и мифами. Там вечно бушевал шторм, что простирался в северной части моря без начала и конца. По слухам, за Штормовым Валом никогда не наступало лето и мир навечно застыл во льдах.
Не то чтобы слухов было много, поскольку большинство тех, кто отважился войти в вечный шторм, там и пропало.
– Потому что клад был по ту сторону Штормового Вала. Где и находится до сих пор. – Пират выдержал мой взгляд. – Мы захватили корабль Бреттона. Лирр спас твою мать, и она освободилась от цепей. Он взял командование на себя и заявил, что мы продолжим поиски сокровищ. Но корабль был поврежден. Потом снова разгорелась война, Аэдин попытался захватить Северные Мерейские острова, военные корабли стали шнырять повсюду. Мы отплыли в более спокойные воды, чтобы залечь на дно и восстановить силы.
За соседним столом моряк из команды Димери начал раздавать карты.
– Никто, кроме твоей матери, не знал, где находится клад Бреттона. Лирр как маг, конечно, был способен увидеть его, но сам не мог найти дорогу. Зимнее море, как ты знаешь, место непредсказуемое. А твоя мать была не просто штормовиком, она умела прокладывать курс.
Димери посмотрел прямо на меня, в его взгляде ощущалась и сила, и мягкость. Я поняла, что все, сказанное далее, будет очень личным.
– Твоя мама сошлась с одним из членов команды. Так, какой-то матрос по имени Джозеф Грей, который ничего из себя не представлял, но она решила, что ей нужно тихое место, чтобы родить и вырастить их ребенка. Лирр ревновал. Он был в ярости. Не хотел отпускать ее и снова заковал в цепи.
Во рту пересохло. Я медленно поднесла стакан к губам и отхлебнула вино. Я знала, что мои родители познакомились на корабле, но всегда думала, что это произошло на королевском флоте. Мой отец, от которого всегда пахло табаком и кофе, был пиратом? Обычным пиратом, влюбившимся в штормовичку?
– Конечно, после этого твоя мать отказалась помогать Лирру и поклялась унести тайну клада Бреттона в могилу. Она и Грей сбежали – по сей день я не знаю как – и исчезли.
Они нанялись в королевский флот, а потом поселились в Пустоши. Я знала, что у мамы контракт с флотом и ее отпускали на берег только в мирное время. Но до сих пор я не знала, что она скрывалась. И от кого.
