Слухов и сплетен о начале партии за несколько дней по всему городу разгулялось неприличное множество, как впрочем, и о его участнице высокой дворянке. Чего только о ней не насочиняли. И то, что она не совсем нормальная не в смысле внешне, а только с головой не совсем порядок. Поэтому ей и позволяют учиться совершенно не женской игре. Эта версия встречалась чаще всего. Были и другие, так же связанные со здоровьем. Второй по популярности слух девочка на самом деле инвалид, прикованная на всю жизнь к креслу. Она жила вдали от общества в одном из семейных поместий, поэтому ей позволяли многое. В том числе и учителя в Ссоур. И только в последнее время начала постепенно вставать на довольно слабые ноги.
Высокое положение и огромные деньги. И партия с одним из министров империи. Внимание многих сосредоточилось на них. Тот достаточно редкий случай, когда победа и поражение уже не имеют особого значения. Уровень, который уже показала представительница великого семейства, был понятен профессионалам. А общество со вкусом обмусоливало тему соперников. Единственное в чем совпадало мнение большинства настоящую игру им могут и не показать. В смысле, что министр постарается проиграть.
Все же они не профессионалы. Один политик, другая высокая дворянка, у которой папа политик.
– Ходы молодой госпожи не всегда ожидаемые, – переговаривались меж собой преподаватели.
– Стиль с момента первой половины партии изменился, – кивал другой.
– Она практически не раздумывает над ходом противника они же не на время играют, так почему она так спешит?
– Возможно это ее тактика?
– Вероятно. Не может же она столь быстро просчитывать все ходы!
– Верно!
– В любом случае, эта девочка весьма талантлива. Если бы в академии могли учиться девушки, я бы хотел видеть ее в своей группе.
– Постойте коллеги, у нее наверняка уже есть учитель. С таким уровнем ученицы, он должен быть весьма известной личностью. У кого она берет уроки?
– Смотрите, смотрите! Это еще несколько ходов, но похоже, все может закончиться ничьей!
– А они не могли сыграть заранее и сейчас все просто повторить? – высказался скептическим голосом старейший из профессоров.
– С чего вы так решили?
– Проще поверить, что все спланировано. Чем в то, что девчонка свела все к ничьей.
– О чем Вы, господин Лойт?
– У нее была возможность вчистую разгромить соперника. Но она выбрала иной путь.
– О чем Вы?
– Левый верхний угол. Там весьма интересная комбинация. И не случайная. Это не странные и непонятные ходы. Если подумать, то это весьма старая манера игры. Очень и очень старая. Среди современных игроков пожалуй похожие комбинации иногда использует только один человек.
– Кто же это, учитель? – спросил один из студентов. Сейчас тот же самый вопрос мучил и профессоров.
– Бездарь, – треснул старичок по голове сложенным веером задавшего вопрос. – Так вы к экзаменам по истории Ссоура готовитесь?
– Учитель! – протестующее взвыл бедолага, потирая голову. – Там такого не было! – обижено заявил он. – Точно в этом уверен он не был, но предположил, глядя на растерянные лица остальных.
– Это было бы, дай вы себе труд изучить дополнительную литературу!
– Вы про ту сотню томов допотопного периода? – подозрительно спросил несчастный. – Это же такое старье! Ссоур стал более совершенен и сложен…
– Дурак! – оборвал его старик. – Допотопный, говоришь! Да ты даже не понял, что это! Если этим сыграют против тебя, ты даже не поймешь, что уже мертв! Есть контратаки для этого. И отыграть все просто. Если заметить и понять! Поэтому эта комбинация со временем перестала использоваться. Вся группа не будет допущена к экзаменам, пока не напишете доклады на тему комбинаций периода старой династии не используемых в наше время. И если я увижу у кого-то две одинаковые комбинации обе работы будут не допущены до защиты.
– Учитель! – с еще большей обидой взвыли студенты со своих мест.
– Вы господа – повернулся он к молодым коллегам. Что бы вы противопоставили такому игроку? Тактика или просчет ходов, говорите вы? Либо эта игра блестящая постановка, либо эта девочка учится и играет с мастерами, не чуждыми старинных школ. С теми, для кого победа или поражение не имеют никакого значения.
– О чем вы? – не выдержал один из профессоров, даже, несмотря на риск нарваться на специфическую реакцию весьма эксцентричного старичка.
