Сначала это не заметно, но по сути это яд с отложенным эффектом. Вероятно, принявший его еще несколько лет будет чувствовать себя полностью здоровым, а потом организм резко ослабнет и любая болезни может стать смертельной.
Хотя действия яда было сейчас наименьшей из проблем.
Количество секретов, которые она знала вот это была проблема!
Болевшая изначально голова стала словно чугунной. И, казалось, ее проткнули железным прутом. Легкие при дыхании точно обожгло огнем.
Было так больно, что брызнули слезы, а она и звука не могла издать.
«Мне нельзя говорить»! – внушала она себе. Паника в этот момент была сильнее боли.
Майя верила, что ее спасут совсем скоро. Но в данном случае правда произнесенная однажды, может повлечь катастрофу. Этих людей, несомненно, схватят и вытащат из них все секреты это значило, что тайна будет открыта. Ей не было дела до этих преступников, но если она проговориться о Хранителе, то люди начнут умирать согласно тому закону. И было невозможно предположить, сколько их пострадает. Но можно знать, что это будут люди, которые посвящают себя службе империи.
– Похоже, начало действовать, – голос раздался как сквозь толщу воды, – сначала может быть немного неприятно, но потом все пройдет. Итак, мы можем начинать. Как тебя зовут? Кто ты?
Пусть и сквозь водную толщу, но она слышала голос и понимала вопрос. Что-то в ней хотело дать ответ но она не знала ответа.
– Майя, – непроизвольно вырвалось у нее. Но желаемого этими людьми продолжения не последовало.
Девочка погрузилась в какое-то странное состояние. Боль отступала или это она отгородилась от боли.
Кто ты? – это был вопрос, на который она и сама хотела бы узнать ответ.
В ее жизни все неожиданно менялось. Ее называли разными именами, у нее были разные статусы. Она вызывала то гордость, то жалость. Ее называли кем-то но было ли это верно? Их ожидания, их планы Она должна стать кем-то. Сохранять и оберегать неужели это все что ей осталось?
Комната вдруг тонким, едва уловимым ароматом, от вдыхания которого у ожидающих ответов преступников закружилась голова.
– Что это? – спросил один из них, покачнувшись.
У других были схожие вопросы, но они не могли ответить.
Они оседали на пол один за другим, теряя сознание.
Но Майя всего этого не видела и не замечала. Она погрузилась в себя и бормотала свершено непонятные вещи.
Перед глазами одна за одной всплывали картинки. Она вдруг словно стала маленькой и оказалась в кабинете отца.
Тогда ее пугал этот серьезный мужчина, одетый в официальный наряд. Он казался ей огромной горой. Вечной, высокой, горой по сравнению с которой не только она, но и все ее братья и сестры казались маленькими и незначительными.
Он сказал, что у нее впервые за много поколений в семье обнаружился дар. Это возможность, которую она должна использовать и это ответственность, так как обучение стоит очень дорого. Даже приданое сестер пострадает, поэтому у нее нет права на ошибки. Она должна не просто хорошо учится. Она должна знать гораздо больше, чем самый успешный ученик.
Потом была школа. Такая большая, что она боялась потеряться в бесконечных переходах.
Она снова оказалась среди толпы маленькая и одинокая девочка, с которой никто не общался. Везде слышались крики, смех, ругань и веселые голоса сотен учеников, что оказались неподалеку А она стояла словно призрак, которого никто не может видеть и слышать.
Она была призраком так долго но однажды случилось чудо.
Девочка вдруг улыбнулась. Перед ее внутренним взором предстала златовласая принцесса, что взяв за руку, привела ее в прекрасный мир магии. Она как заботливый родитель помогала делать ей первые шаги. Она показала, каким широким и ярким может быть мир, даже если у тебя практически нет собственной энергии. Помогала раскрыть ее истинные силы. Ничего не требуя и не настаивая.
И вот она уже в другом месте ее лаборатория место, что она считала своим истинным домом. Человек, чьим мастерством она восхищалась и на кого хотела походить.
А потом перед глазами предстала фигура высокого человека, тонущая в темной дымке.
– Предатель! – закричала она, ударяя наотмашь, словно хотела сменить картинку перед глазами. Ладонь обожгло болью.
В этот момент в комнате уже было полно народу. Преступную четверку связывали, а вот обмякшую на стуле девочку наоборот развязывали. Она выглядела измученной растрепанная коса, неестественный румянец на щеках и словно у пьяной взгляд. Но не успела последняя веревка упасть, как человек, что пришел на помощь, получил звонкую пощечину.
Любой, кто заметил ее до этого, мог поставить последний медяк на то, что когда ее отвяжут, она просто свалиться. Преступники видимо дали ей что-то настолько сильное, что даже усыпляющий дым на нее подействовал.
– Зачем вы это сделали? – хрипло спросила она. – Почему сначала учили, а потом отобрали все?
