Интересно, сколько человек из любопытства решили проверить, не иллюзия ли внешность Леонида или моя. Ведь кому-то точно пришла в голову такая мысль! Возможно, даже Мише.
Меня прошиб холодный пот. Все же проигрывать в первый же день не хотелось.
— Это могло бы быть ошибкой, если бы в нашей семье не было пропавшего ребенка, — сказал Леонид. — Ничего, если нужны доказательства, сделаем ДНК-тест. Жаль, родители сейчас за границей. Не хотелось бы сообщать им такую новость по телефону. Ярик, ты не обидишься, если мы повременим?
— Я вообще не хочу ничего менять. Даже если мы братья по крови, мы совершенно чужие друг другу. Я привык считать родными своих приемных родителей.
— Ты жесток, — вздохнул Леонид. — Ничего, мы подружимся. Ты изменишь свое отношение. К слову, все вокруг и так считают, что мы братья. В смысле, просто братья, решившие поступать в одну академию.
— Ничего, это ненадолго, — пообещала я.
Миша понимающе хмыкнул. Он уже на себе испытал, с какой скоростью тут распространяется слава.
— Можем сказать всем, что мы пошутили, — предложил Леонид. — Вот над ним.
Он посмотрел на Мишу.
Любопытно, отчего Леонид так любезен. Будет шантажировать?
— Давай, — согласилась я. — Так о нас быстрее забудут. Не люблю быть в центре внимания.
— Заметано, — кивнул Леонид.
В столовой я взяла две тарелки куриного супа с лапшой. Миша, наоборот, набрал мясных блюд с гарнирами. Леонид остановил выбор на борще, котлете с картофельным пюре и киселе.
О родстве разговора больше не заводили. Леонид лишь поинтересовался, откуда я, как и где жил. Я рассказала ему легенду о Ярославе Михайлове. Потом свою историю поведал Миша. О Леониде мы узнали мало.
— Детство я за границей провел, в Корее. Два года назад вернулся, учился в лицее, готовился к поступлению в академию.
— Папа — посол? — поинтересовалась я.
— Мама работает в посольстве горничной. Отец давно умер.
Я чуть не спросила, как же он попал на императорский бал, да вовремя прикусила язык. Может, выиграл приглашение, как Клава? Правда, та в другом зале находилась…
— Ты же сказал, родители за границей, — напомнил Миша. — Выходит, только мать?
— И отчим, — ответил Леонид.
И все, больше он ничего не добавил. Я прекратила расспросы, потому что почувствовала, тема ему неприятна. Не в моих интересах злить этого парня. Пока он мне помогает, но все может измениться.
Мы немного поговорили об испытании. Леонид вновь выразил восхищение моим поступком, и теперь я точно знала, что оно искреннее. Миша благодарил и смущался. Можно сказать, обед прошел в дружелюбной атмосфере.
Я понимала, что Леонид ждет, когда мы с ним останемся наедине. И что не стоит долго испытывать его терпение.
— Хочу взять кофе, — сказала я. — Вам принести?
— О, давай, — согласился Миша. — И чего-нибудь сладкого.
— Я тоже не откажусь. — Леонид поднялся. — Пойдем вместе, помогу донести. Майк, ты сиди, а то стол займут.
Народу в столовой, и правда, заметно прибавилось.
— Чего ты хочешь? — спросила я, занимая очередь в кафетерий.
— Я? — Леонид удивился. — Это мне интересно, чего хочешь ты. Зачем тебе… — Он понизил голос до шепота. — … маска?
— Серьезно? Ты не понимаешь? После того, как…
Я замолчала. Все же рядом полно любопытных ушей.
— Почему именно моя? — В голосе Леонида зазвучал металл.
— Потому что… ты рыжий, — выдавила я.
Между прочим, чистая правда.
Леонид рассмеялся: прыснул в кулак, махнул рукой.
— Что ты хочешь за молчание?
— Я? Ничего. — Он вмиг посерьезнел.
Я отвернулась, стиснув зубы. С чего я решила, что Леонид будет молчать? Он играл со мной, как кошка играет с мышью. Да и к черту! Два года тренировок псу под хвост? Сама виновата. Нужно было тщательнее выбирать внешность. Придумать что-то самой, а не пользоваться шпаргалкой.
Леонид вдруг схватил меня за локоть и вытащил из очереди, бросив тому, кто стоял за нами:
— Мы сейчас вернемся.
Я хотела вывернуться, но он прошипел на ухо:
— Дурью не майся, не привлекай внимания.
Леонид заволок меня в раздевалку, где по случаю летней погоды никого не было. И отпустил.
— Прости. Там могли услышать. Яр, ты решил, что я не буду молчать?
— А ты будешь? — поинтересовалась я, стараясь, чтобы в голосе звучала насмешка.
— Ты за кого меня принимаешь⁈
Возмущение было искренним.
— Леонид, мне очень жаль, что я воспользовался твоей внешностью. — Я говорила о себе, как о парне, но была уверена, что Леонид заглянул за обе личины и знает, что я девушка. — Так получилось. Я не думал, что мы встретимся в академии… вот так. Прошу прощения. Но…
— Есть «но»? — перебил Леонид, поморщившись. — Извинений вполне достаточно.
— Но я прошу тебя… не выдавать меня остальным. Миша тоже ничего не знает.
— То есть, ты уверен, что поступишь? — уточнил Леонид.
— Надеюсь, — ответила я уклончиво. — И вновь спрашиваю, что ты хочешь за молчание?
— Ничего, — процедил он. — Я уже ответил. И это не означает, что я не буду молчать.
— Поможешь мне просто так? Но почему?
— А почему ты помог Мишке?
