Я промолчала. Возразить было нечего. То есть, я могла бы рассказать Леониду о том, что Мише негде жить, что ему нельзя было проигрывать. Но поняла, что вступилась бы за любого, с кем на моих глазах обошлись бы подобным образом. И, значит, Леонид злится справедливо. Я отказываю ему… в порядочности.
— Пойдем, — сказал Леонид. — Там наша очередь уже, небось, подошла.
— Не хочу кофе, — ответила я. — Это был предлог, чтобы поговорить с тобой. Пожалуйста, скажи Мише, что у меня живот скрутило. Пусть не ищет. Если время останется, пусть к врачу обратится, чувствительность в суставе скоро восстановится.
Обойдя Леонида, я вышла из здания столовой. Надо успокоиться. После испытания мне придется доложить Александру Ивановичу, что меня раскрыли. Но я хотя бы достойно пройду и третий этап.
Пожалуй, самое спокойное место в академии сейчас — это стадион. Все уже ушли оттуда. Я забралась на верхний ряд трибуны и легла на скамью, уставившись в небо. По нему плыли облака, похожие на сахарных барашков.
— Яр! Ярослав!
Я проснулась от того, что кто-то тряс меня за плечо. Миша? Какого…
Какого черта я уснула!
Подскочив, как ошпаренная, я чуть кубарем не покатилась по ярусам трибуны. Миша успел схватить меня буквально за шиворот.
— Да не лети ты так. Успеем, — проворчал он.
— Не опаздываем? — уточнила я, переводя дыхание.
— Вот ты опоздал бы. Если бы я послушал твоего совета.
Миша и выглядел обиженным, и чувствовал обиду. Это когда я успела? Неужели из-за того, что сбежала после разговора с Леонидом? Кстати, Миша пришел без него.
— Мне нужно было побыть одному, — вздохнула я. — Спать… не планировал.
— И что он тебе такого сказал? — угрюмо поинтересовался Миша. — Чего хочет за молчание?
Что и требовалось доказать. И это неудивительно, Миша не дурак, в сказку о близнецах не поверил. Наверняка, не он один.
Я села на скамью.
— А ты? — спросила я его. — Ты чего хочешь?
— Мне не нужно ничего хотеть. — Он сел рядом. — Я ж для тебя золотая рыбка. Только желаний два, а не три. Тебе достаточно пожелать, и я буду нем… как рыба.
— Если б не это… что бы ты сделал?
— Ничего, — ответил Миша.
Наученная горьким опытом, я не стала уточнять, почему.
— Спасибо. В этом, пожалуй, нет никакого смысла, но… спасибо, Миш.
— Почему нет? Ленька молчать не хочет?
— Он ответил так же, как и ты.
— Тогда почему?
— Помнишь, сколько человек наблюдало за встречей «братьев»? — усмехнулась я. — Наверняка, кто-то еще…
— Не… — Миша отрицательно мотнул головой. — Я ж первый успел. И щит поставил. Его никто пробить не смог.
Я ошалело на него уставилась. О том, что есть защита от любопытных, я знала. Но ходить с щитом в обществе магов не принято. А мой, к тому же, хоть и трудно пробить, но легко почувствовать. И как я не поняла, что меня прикрыли щитом? Ой, позорище…
— Если спросишь, почему, дам в глаз, — мрачно пообещал Миша.
— Почему? — брякнула я.
Он напрягся и развернулся ко мне всем корпусом.
— Почему в глаз? — поспешила уточнить я.
— А ты куда предпочел бы? В ухо?
— Да без разницы! — разозлилась я.
И почему они оба продолжают обращаться ко мне, как к парню⁈ А этот еще и ударить хочет!
— Яр, ты прости, и я не должен был лезть, — примиряюще произнес Миша. — Понимаю, почему ты скрываешь лицо. Эти шрамы…
Так, стоп! Так он заглянул за первую личину! И не тронул вторую. Может, и Леонид — тоже? И ведь не спросишь…
— Давай закроем тему, — поспешно перебила его я. — Я благодарен тебе за то, что ты сделал. Будем считать, что долг ты вернул. — Я поднялась. — Пойдем, а то ведь опоздаем.
Миша заметно хромал, но от лечения отказался наотрез.
— Терпимо, — сказал он. — Потом.
Я не настаивала, чтобы не становиться похожей на курицу-наседку.
Списки прошедших второй этап уже вывесили. В них я нашла свою фамилию, Мишину, Леонида… и Венечки Головина. Неужели этот гад — эспер? Иных причин для вопиющей несправедливости я не видела.
К слову, нас осталось не так уж и много. И Венечку я видела. Он сверлил меня взглядом, полным ненависти и презрения.
— Вызова, как я понимаю, ждать не стоит, — процедила я, обращаясь к Мише.
— Не жди, — хохотнул он, проследив мой взгляд. — Он не может.
— Это еще почему?
— Потому что я его вызвал, когда он пытался вызвать тебя.
— Что-то я этого не заметил.
— Он вас с Ленькой перепутал.
— Это когда…
— Ну да, ты ушел из столовой, а этот… — Миша кивнул в сторону Венечки. — … подвалил к Леньке. Ленька, кстати, не стал разубеждать, что он — не ты. Но я вмешался. Ленька будет секундантом.
Они уже подружились, что ли? Я испытала иррациональное чувство ревности. Я Мишку дольше знаю! А в секунданты, значит, Леньку…
— Ты не обижайся, тебе нельзя, — виновато произнес Миша. — Ты лицо заинтересованное.
Разве что так.
Третьего этапа я не боялась. Проводить его будет эспер, и Александр Иванович не позволит подчиненному завалить меня на полиграфе.
Когда подошла моя очередь, меня пригласили в маленькую комнату без окон, усадили на стул и опутали проводами. Датчик артериального давления, датчик дыхания, датчик мимики лица, датчик потоотделения…
Пока прибор подключали, я закрыла глаза, чтобы максимально расслабиться.
