Люди продолжали свои войны и завоевания, гномы вели свои подземные игры, и даже крысолюды и минотавры плели свои заговоры. И, быть может, сейчас ей стоило узнать, что произошло за пределами её обители. Может быть, ей нужно выйти в мир, чтобы понять, что стало с теми, кто когда-то отобрал у неё всё?
Галвиэль остановилась, всматриваясь в своё отражение в тёмном стекле окна. Её лицо казалось почти незнакомым — серьёзным, твёрдым, готовым к новым вызовам. Она понимала, что в этом безмятежном уголке времени у неё больше не осталось. Наступал момент, когда нужно было принять решение. В её руках было будущее их семьи, и, возможно, судьба всего эльфийского рода.
Она отложила расчёску и встала с кровати, чувствуя, как в её душе зарождается тихое, но упорное решение. Возможно, она и не знала, с чего начать. Возможно, ответы будут болезненными, а путь — опасным. Но одно было ясно: она не может стоять в стороне, не может больше прятаться за стенами своего замка. Тьма за пределами Древних Террас сгущалась, и ей предстояло решить, станет ли она светом в этой тьме или, как её отец, оставит этот мир без защиты.
В тишине своей спальни Галвиэль поняла, что перед ней открывается новый путь, особый путь, что приведёт её к тем, кого она давно считала врагами. Но в этом пути могла скрываться истина, ради которой стоило рискнуть.
Утро началось с яркого солнца, которое заливало поместье Древние Террасы золотистым светом. Ройдар был в приподнятом настроении. Он бродил по саду с обнажённым торсом, наслаждаясь прохладой раннего утра. Его кожа блестела от утренней росы, а мышцы, не характерные для большинства эльфов, играли под светом. Он остановился под раскидистым дубом, чтобы выпить принесённый Джасфаром чай.
Джасфар, глядя на Ройдара с лёгким удивлением, заметил:
— Вы сильны как гном, сэр! — В его голосе звучало восхищение, и он осторожно поставил поднос на мраморный столик.
Ройдар улыбнулся, благодарно кивая.
— Спасибо за комплимент, Джасфар. Это всё жизнь в лесу, — сказал он, протянув руку к чашке. — Регулярный труд, и не только с луком и мечом, но и с топором и лопатой. Леса не дадут расслабиться.
Джасфар уважительно кивнул и быстро скрылся в тени деревьев, оставив эльфа наслаждаться своим напитком. Вскоре к ним присоединилась Галвиэль, её шаги были лёгкими, но уверенными. Она была одета в небесно-голубое платье с длинными перчатками, настолько изящное, что казалось, будто она собирается на бал, а не прогуливаться по своему поместью.
Ройдар на мгновение застыл, разглядывая её наряд с изумлением.
— Ты каждый день надеваешь новое платье? — спросил он, и его тон был смесью удивления и лёгкого сарказма. — Или у тебя сегодня особый случай?
Галвиэль поправила перчатку и улыбнулась, её глаза блеснули игриво.
— Да, каждый день новое, — ответила она с гордостью. — А иногда я меняю наряды и несколько раз в день, в зависимости от настроения.
Ройдар приподнял бровь и слегка покачал головой, не понимая, почему это так важно.
— Зачем? Тебя же всё равно никто не видит. — Он отпил ещё глоток чая, пытаясь осмыслить её слова.
Галвиэль вздохнула, словно объясняла что-то очевидное малышу.
— Ты мужчина, Ройдар, — с лёгкой улыбкой сказала она, — тебе не понять. Наряд — это настроение, это отражение души. Это часть меня.
Ройдар снова покачал головой, усмехаясь.
— Тебе бы мужа найти, сестра, — произнёс он, его тон был шутливым, но с тенью настоящей заботы. — Может, тогда тебе не пришлось бы наряжаться только для самой себя.
Галвиэль покраснела, её глаза сверкнули уязвлённой гордостью.
— А почему бы тебе самому не найти жену? — парировала она, бросая на него колючий взгляд.
Ройдар ответил с широкой улыбкой, в его глазах играли весёлые искорки.
— Так у меня уже есть жена, — сказал он, его голос стал мягче, когда он упомянул её имя. — Княжна Милриэль Лорамиран. И, кстати, у нас двое детей.
Галвиэль приподняла бровь, пряча своё удивление, и сделала глоток чая, чтобы скрыть смятение.
— И это нормально твоей княжне, что ты живёшь жизнью егеря? — спросила она, не удержавшись от лёгкой насмешки. — Или, может, она предпочла бы видеть тебя в более цивилизованной роли?
Ройдар почесал нос, слегка улыбаясь, словно вспоминая что-то приятное.
— Ей нормально, — ответил он. — Мы и детей так воспитываем, чтобы они знали, что в этом мире важно уметь выживать и сражаться. Жизнь среди лесов учит многому такому, чему не научит дворцовая роскошь. Мы никогда не забываем, кто мы и откуда пришли.
Галвиэль склонила голову, обдумывая его слова, и не смогла сдержать лёгкой зависти. Её жизнь в Древних Террасах была уединённой, и, несмотря на её глубокие знания и магические таланты, ей иногда не хватало простого жизненного опыта, о котором говорил брат.
Ройдар откусил кусочек яичницы, наслаждаясь её вкусом, и неожиданно спросил:
— А откуда ты берёшь слуг здесь, среди такой глуши? Я, помнится, не видел поблизости ни одного крупного поселения.
Галвиэль усмехнулась, её взгляд стал более задумчивым.
