С этой мыслью эльфы продолжили идти по дороге, направляясь к стенам Лоранки, к новой главе их приключения, где их ожидало неизвестное.
Путь к городу продолжался, и по мере того как эльфы приближались, погода начала меняться. Над горизонтом нависли тучи, тяжелые и серые, как стальное покрывало, но дождь пока не решался пролиться на землю. Лоранка виднелась вдали, её башни и крыши возвышались над низкими холмами, а над городом развевались полосатые оранжево-фиолетовые флаги с изображением корабля. Эти флаги казались странным контрастом на фоне грозового неба, яркие, но одновременно меланхоличные, словно напоминание о прошлом, которое когда-то было гордым и могучим.
Галвиэль молча шла рядом с братом, мысли её витали далеко в прошлом, унося к воспоминаниям о тех временах, когда их семья ещё была вместе. Вспомнилось, как они путешествовали по широкой реке на эльфийской ладье, украшенной резными драконьими головами и гирляндами живых цветов. Вода блестела, словно зеркало, отражая их золотую ладью и солнечные лучи, играющие на её поверхности. Берега, поросшие высокими ивами, как бы склонялись перед ними в почтительном поклоне.
Мама, королева Селестриэль, стояла на носу корабля и пела эльфийские песни, мелодии которых напоминали ветер в кронах деревьев и шёпот волн о камни. Тогда всё казалось вечным: и её голос, и их семья, и сама река, что уносила их ладью вперёд, прочь от забот и тревог. Никто из них тогда не думал, что однажды этот мир расколется, как зеркало, дробясь на осколки, каждый из которых будет ранить ей душу.
Но воспоминания рассеялись, как туман, когда они подошли к стенам города. У ворот их встретил патруль: трое мужчин с усталыми лицами, держащие в руках пики и мечи. Их кирасы были покрыты ржавчиной, а на кожаных ремнях виднелись пятна грязи. Но на груди у каждого был аккуратно нарисован уже знакомый герб: полосатый флаг с изображением корабля. Один из стражников, кажется, младший среди них, с удивлением остановился, разглядев эльфов:
— Ух ты, это же эльфы! — воскликнул он, не скрывая изумления.
Ройдар шагнул вперёд, его осанка стала величественной, и в голосе звучала спокойная уверенность:
— Я — Лорд Ройдар из Эллириана, а это — моя сестра, леди Галвиэль. Я показываю ей мир, поскольку она вела замкнутый образ жизни последние столетия. — Его слова были мягкими, но в них чувствовалась скрытая сила, и он бросил на сестру взгляд, словно призывая её сохранять спокойствие.
Галвиэль, почувствовав его предупреждение, нахмурилась, но сдержала свои эмоции, ограничившись холодным взглядом в сторону стражников.
Второй стражник, человек с густой бородой и глазами цвета тёмного янтаря, недоверчиво прищурился:
— Это необычно. Раньше светлых эльфов на нашем острове не встречали. Не припомню, чтобы вы шастали по нашим землям.
Ройдар ответил спокойно, как будто обсуждал погоду:
— Я часто посещаю земли людей. Даже помогал Ливонии в войне, когда пришла угроза с севера. — Он говорил уверенно, будто это было самое обычное дело. В его голосе не было и намёка на гордость, лишь спокойное упоминание фактов.
Галвиэль изумлённо повернула голову к брату, её глаза расширились от неожиданности. Она никогда не слышала этой истории и не могла поверить, что Ройдар мог добровольно помогать людям.
Третий стражник, старший среди них, с морщинистым лицом и седыми волосами, с интересом подался вперёд:
— А правда, что теперь в Ливонии всё плохо? Говорят, церковники правят железной рукой, — в его голосе прозвучала грусть и скрытая надежда, будто он ждал, что Ройдар опровергнет слухи.
Эльф покачал головой и ответил с печалью:
— К сожалению, это так. Ливония больше не та, что была при короле Валерии III. Церковь захватила власть, и теперь это такое место, где ни один эльф не захочет быть. Даже те, кто когда-то помогал им, сейчас там чужие.
Старший стражник горько усмехнулся, провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть печаль:
— Грустная история, господин эльф. Мы все видим, как меняется мир вокруг, но порой изменить что-то нам не по силам. — Он вздохнул, но всё же разрешил им проходить дальше, махнув рукой в сторону ворот.
Но прежде, чем они успели войти, Галвиэль резко шагнула вперёд, её глаза горели недовольством:
— А что за безобразие творится у вас на дорогах? Средь бела дня разбойники нападают на мирных путников! — В её голосе звенела суровость, будто она отчитывала провинившегося слугу.
Стражники насторожились, их лица стали серьёзнее. Старший прищурился и спросил, опираясь на своё копьё:
— Где это было? Мы что-то пропустили?
Галвиэль вскинула подбородок и ответила холодно:
— Мы уже с ними разобрались, они лежат мёртвые там на дороге. Но вы лучше имейте это в виду, когда снова решите, что дороги безопасны.
Старший стражник кивнул, его лицо было угрюмым, а голос звучал с осознанием бессилия:
— Наши земли бедные, поселений мало, а леса густые. Лихие люди всегда найдут, где спрятаться. Да и нет у нас столько ополченцев, чтобы вычищать все леса от подобных им. Но мы постараемся проверить, что можем. Спасибо за предупреждение, госпожа эльф.
