— Ничего заварушка? — сказал Череп.
Она посмотрела на него.
— Я у одного паразита откусил палец. А на нём толстенное кольцо золотое со всякими алмазами-хреназами. Вот! — Он похлопал по запачканному кровью карману рубашки. — Так что ночка получилась прибыльная.
Череп был все так же уродлив. Но глаза у него изменились. Они были теперь зеленые с золотыми искорками, как молодые майские листья, и в них светилось веселье, словно Череп был просто ролью, словно это уродливое лицо было маской, из прорези которой выглядывал кто-то другой.
— У тебя что-то за ухо зацепилось, — сказала Джейн.
— Что? — Череп резко обернулся, взметнул руки, но опоздал. Джейн ухватила талисман, висящий у него в мочке уха. — Эй, поосторожнее!
Джейн сорвала талисман. Череп с испуганным криком отшатнулся. Черты его лица поплыли, стали меняться. Исчезла татуировка, сползло выражение злобной тупости. Никакой это был не Череп!
Это был Робин Эльшир.
Джейн поглядела на талисман — янтарная бусина, косточка, сверхпроводящий диск, два синичьих пера — и бросила на землю. Она сама могла сделать таких сколько угодно.
— Какого дьявола ты тут делаешь?
— Тебя искал, устраивает? Фу, больно как! — Он поморщился. На нём была потрёпанная мешковатая нейлоновая куртка. — Слушай, я понимаю, что ты меня не просила идти за тобой. Но всё равно я здесь. И, если бы ты соображала сейчас получше, ты бы обрадовалась. Надо выбираться. Там уже пошло на ножи. И они их не спрячут, когда разделаются с эльфами.
Он схватил её за руку и потащил дальше. Спеша вслед за ним и спотыкаясь, Джейн вынуждена была признать, что вид у него геройский: сверкающие глаза, мужественный подбородок. Её сердце смягчилось. Потом она опустила глаза. Что-то торчало у него из кармана, наспех и небрежно туда засунутое. Какой-то клочок черного трикотажа. Трусики. И на вид знакомые.
— А это что? — Она рывком их схватила. Ношеные, не стираные. Понюхала. Это были её трусики.
— Откуда они у тебя?
Робин смущенно опустил голову, не замедляя шага.
— Я… Ну… Я их выменял у Билли-страшилы. Он сказал, что ты однажды заночевала у него, а утром, когда одевалась, забыла их прихватить.
— Ну, Билли! — воскликнула она в ярости. — Я его придушу!
— Мы думали, ты будешь не против.
— Нет, я буду против и даже очень!
— Но без них я бы тебя не нашел. Это они на тебя вывели. Закон притяжения.
— Ах, притяжения!
— Слушай, ну что тут такого? Билли сказал, что ему нужна моя кожаная куртка, нет ли, мол, у него такого, чего я хочу? — Он искоса поглядел на неё и впервые заметил, во что она превратила его куртку. — А к тебе-то она как попала?
Джейн покраснела.
Некоторое время они шли молча. Потом Робин сказал:
— Мы, наверно, оба не всеми своими поступками гордимся. Но сейчас это неважно. Надо поскорее убираться, пока целы.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
На улице валялись трупы.
Джейн и Робин шли по следам недавно прокатившейся тут толпы. И время от времени слышали впереди её рев. Это было страшновато, потому что, проходя квартал за кварталом, они ни разу не повстречали живой души. Только трупы.
Трупы в основном были мелкие. Район был жилой, и от толпы время от времени отделялись охотники погромить квартиры гномов. Но лежали там и лешие, и домовые, и козлолюди. Джейн особенно запомнился человек-олень с наполовину освежеванным лицом. Охотник за трофеями успел срезать все мясо с нижней челюсти. Потом его что-то, по-видимому, отвлекло, и олень остался лежать с чудовищной улыбкой. Был виден один глаз, широко открытый, синевато-белый. Он глядел, будто что-то знал, что-то видел впереди, неотвратимо страшное. Глядя на него, Джейн почувствовала, что вот-вот поймет нечто важное. Знала бы ты, что тебя ждёт, говорил этот ужасный глаз. Если б ты только знала!
— Не стой тут, — сказал Робин. — С ума, что ли, сошла? — Он потащил её дальше.
Они проходили улицу за улицей. У Джейн подкашивались ноги. Она ухватилась за руку Робина, чтобы не упасть.
— Куда мы идем?
— Вообще-то я приготовил убежище в Бельгарде, за мусорными ящиками. Но прошло слишком много времени, пока я тебя искал. Мы туда не доберемся. Нас мог бы приютить старина Муфель, но он живет на том берегу. Есть тут, правда, гнездо неумоек, меня бы они пустили, но с тобой — никогда, женщин они не терпят. Выбор у нас невелик. — Похоже было, что он не перебирает возможности, а оправдывает уже сделанный выбор, который очень не нравится ему самому.
— Так куда же мы? — снова спросила она.
— Сюда. — Они свернули за угол и вышли на улицу, которую толпа оставила в стороне. Впереди, под стальными опорами виадука, теснилось несколько обшарпанных, убогих строений. Должно быть, недалеко была пристань — Джейн чувствовала запах реки.
Дома казались необитаемыми, окна были заколочены досками. Когда-то здесь, видимо, был ресторанчик — единственный уцелевший фонарь позволял прочесть вывеску:
⠀⠀ ⠀⠀ ДОМАШНИЕ ОБЕДЫ ТЕТИ МИННИ
