— Я? Это моя законная территория, птичка. Или лучше называть тебя змейкой? — Но видя мой свирепый взгляд он явно отказался от этой идеи. — В любом случае. Ты теперь принадлежишь мне как и этой семье. Как же их там?.. — деланно задумался он. Молчание меня выводит из себя и я резко отвечаю:
— Шнаир. Но это не значит, что ты, злой дух, имеешь право быть здесь!
— Иногда ты такая дурочка, малыш, — фыркнул он и попытался потрепать меня по голове. Но я резко материализовала в руке темную рапиру и отсекла его руку по локоть.
— Как ты можешь быть такой жестокой, птичка? — деланно насупился он, давя на жалость.
— С тобой все равно ничего не произойдёт, Змий, — ответила я и произнесла его имя, как плевок.
— Я здесь не для ссор, малышка. — посерьезнел он и посмотрел на отрубленую часть руки и та, превратившись в черный дым, вернулась обратно.
— Тогда что тебе нужно, дьявол? — спрашиваю, скрестив руки на груди.
— Зря ты взяла этот камень. — вместо ответа кивнул он на океан. — Теперь ты мечена.
— Хочешь сказать, что на меня ведётся охота? Я это знаю. Ты только ради этого? — я криво усмехнулась, давая понять, что слушать его я не намерена.
— Нет, я не об этом. Ты исчезла из Его поля милости. Тебе больше не будут помогать. Тебе всего лишь повезло.
— Я тебе не верю. Вран не откажется от меня из-за какого-то камня!
— Ты украла его у святой. Конечно откажется. — резко ответил он и приблизил свое лицо к моему: — Ты. Ему. Больше. Не. Нужна.
— Я… Я тебе не верю. Он покровительствует мне! Моей семье! — вскрикнула я. Нет! Он лжет. Он Царь Лжи, он не может этого знать. А ведь верно. — И даже если что-то и случилось, то откуда ты знаешь? Он твой враг!
— Может он мой враг, но также и брат. Думаешь, я не смогу узнать о маленькой птичке, которая мне интересна?
— Убирайся из моей "камеры"! — прошипела я.
— Как хочешь, дорогая. Ты всегда можешь меня позвать. — хмыкнул он и растворился во тьме.
Я обессиленно упала на песок.
Украла камень у святой? Что за чушь! Их не было столько времени! Тогда почему сейчас? И почему именно он? А если слухи верны..? Нет. Нет-нет-нет! Я не могу поверить. Из-за какой-то девчонки отказаться от своей дщери? Нет. Вран не настолько мелочный. Он знает… Знает, что это не правда. Я не могла его предать. Да и… Этот камень избрал меня!
Нет, стой. Возьми себя в руки, Джиллиан. Вдох-выдох. Досчитай до десяти. Ты не можешь впадать в панику. Ты не имеешь на это право. Соберись. Ты знаешь, что должна делать. Нужно уничтожить тех, кто пытается задушить тебя. Сначала влияние. После власть. А потом смерть. Даже если кто-то посмеет вновь напаст, ь я его испепелю. Мои шрамы — моя сила. Так говорил отец. Так говорю я…
Возвращаться к реальности было болезненно. После потрясения голова раскалывалась, но я старалась не обращать на это внимание.
— Наконец-то. Тебя не было шесть часов. — произнес сидящий напротив меня Вириан. — Тебе нужно больше стараться.
Я кивнула. Он прав. Мне нужно больше работать.
Глава двадцатая. Сон о Святой
Мир был полон мрака. знаменем плохих времён был мрак, поглотивший солнце на небосводе. Люди воевали друг против друга. Сын предал отца, а жена мужа. Государства гневились друг на друга. Вступали в войну. Гнев царствовал над существами земными и небесными. И люди были сосредоточием той ненависти.
Не мог светлоликий Вран без печали смотреть на этот мир, полный боли. Золотая слеза скатилась по его щеке и пала на цветок лилии. И озарился божественным сиянием тот, и стал преобразоваться в деву неземной красоты. Влас ее был бел, как Теча небесная, а поступь лёгкая, как морской бриз. Голос звучал точно песнь соловья, а одежды — туманное кружево. Дева была чиста и добра. Мановением изящной руки могла она покорять сердца, а нежной улыбкою успокаивала полные гнева сердца.
Святая дева прошла по земле, успокаивая умы и помыслы. Люди сложили рапиры. Птицы перестали вести бои в небесах, животные же на земле. И мир погрузился в эпоху Возрождения. За сим так…
— Нянюшка, а почему Святая не придет и не успокоит умы людей сейчас? Они ведь делают плохие вещи… — светловолосая девочка уставилась на пожилую женщину невинно-пытливым взглядом. В алых глазах плескалось недоумение. Действительно, почему же если Святая такая всемогущая, то почему она не придет и не успокоит папочку? Девочка слышала, что он делал с людьми плохие вещи…
— Ох, Тари, это все ради блага нашей страны. Ты ведь должна понимать это. — шершавые руки коснулись чела малышки и ласково погладили. — Его Величество никогда бы не принес вреда нашей стране.
— Но нянюшка… Почему люди должны бояться его? Разве папочку не должны любить? — у девочки не укладывалось в голове как же так может. Ведь он же великий! Он такой хороший и дарит ей очень красивые игрушки. Так почему люди плачут когда видят его или дрожат?
— Потому что это значит, что они его уважают, милая. Его Величество не ошибается. Ты же знаешь. — пожилая женщина улыбнулась ребенку.
— Тогда… Тогда и меня им нужно бояться? Когда я вырасту меня будут боятся люди?
