— Радость моя, — немного виновато улыбнулась она, нежно целуя Онирис в запястье. — Я полчасика ребятам уделю, можно? Не хочется их обижать. Вы пока начинайте без меня, заказывайте что-нибудь, а я чуть попозже присоединюсь.
— Ладно, — усмехнулась Онирис. — Но только чтоб «полчасика» не превратились в «три часика» или ещё дольше.
— Да чтоб меня хераупс... кхм! — Эллейв споткнулась в присутствии Ниэльма и немного переиначила ругательство-клятву: — Сожрал!
Конечно, всем было понятно, что хераупс не жрёт, а кое-что другое делает. Ниэльм фыркнул в ладошку, а Онирис строго шикнула на него. Офицеры пообещали, что первый тост будет за прекрасную госпожу, чьим именем назван корабль, и по лицу Эллейв пробежала тень боли, но она овладела собой и улыбнулась.
Ниэльм хотел пирожные с медовым кремом и орехами — те самые, которыми его кормила Эллейв на их тайном свидании. Их для него заказали, а пока заказ исполнялся, мальчик приник к витринному окну кондитерской, наблюдая за повозками.
Эллейв присоединилась к ним не через полчаса, а через сорок пять минут, когда они допивали уже по второй чашке отвара тэи. По ней невозможно было сказать, сколько она выпила — скорее всего, лишь символически, пару-тройку чарок. Ласково подмигнув Ниэльму, она прильнула поцелуем к руке Онирис.
— Ну что, по третьей? — улыбнулась Одгунд, имея в виду третью чашку отвара тэи.
— Звучит как тост! — дурашливо воскликнула Эллейв.
— Ты там натостовалась уже, я погляжу, — усмехнулась Онирис.
Эллейв мгновенно стала каменно-серьёзной и торжественной.
— Ничуть, радость моя. Всего лишь пара чарок с ребятами. Они все за меня очень переживали, я не могла не уделить им хотя бы немножко внимания.
Впрочем, торжественность и серьёзность изрядно нарушали морские чертенята в её глазах, и Онирис не удержалась от улыбки. Для Эллейв заказали первую чашку отвара, а все остальные взяли уже по третьей. В Ниэльма пирожные уже не лезли, да и отвар тоже, и вообще он уже ёрзал, намекая, что неплохо было бы посетить одно местечко. Батюшка Тирлейф увёл его туда, а Онирис, воспользовавшись его отсутствием, спросила:
— Что комиссия решила?
Эллейв, посерьёзнев, ответила:
— Меня переводят на корабль второго класса, в сторожевую службу Силлегских островов. В звании не понижают, и на том спасибо. Мне предписано ближайшим рейсом в качестве пассажира отправиться туда, там — сразу на корабль и немедленно приступать к службе. Увольнения на берег — раз в два месяца. То есть, два месяца я в море, две недели на берегу, потом снова в море... И так далее. Две недели — это не отпуск, а тоже служба, только береговая. А отпуск — раз в году на сорок пять дней. Вот такое расписание. Основная задача — охрана Силлегских островов. Учитывая, что сейчас мирное время — не служба, а рутина.
Онирис волновал также вопрос, где им играть свадьбу — здесь или на Силлегских островах. Сердце сжималось от мысли о том, чтобы лишить госпожу Розгард права и радости присутствовать на церемонии, ведь она давала им с Эллейв родительское благословение... Обидно было за неё до слёз, и Онирис смахнула солёную капельку из уголка глаза. Да и батюшку с Кагердом, и братцев тоже не хотелось бы лишать праздника. А с другой стороны — тогда будет обижена лишённая свадьбы семья Эллейв, потому что не успеет приплыть с Силлегских островов до отбытия Эллейв к новому месту службы. И опять Онирис разрывалась на части...
— Милая, да никого ты не обидишь, что ты! — ласково успокоила её Одгунд. — Нам главное — чтобы ты сама приехала, а в качестве избранницы или уже законной супруги Эллейв — неважно. Никто не будет в обиде, и так, и эдак будет славно. А всё остальное — мелочи. Не думай ещё и об этом, тебе и так хватает огорчений.
Онирис с благодарностью за тепло и поддержку улыбнулась ей.
— Сыграем свадьбу здесь, до отъезда, — решила она. — Чтобы госпожа Розгард за нас порадовалась. Так будет правильно по отношению к ней. Я ведь и так уезжаю от неё, а если ещё и свадьбы её лишить — совсем несправедливо получится.
— Как ты скажешь, любовь моя, так и будет, — сказала Эллейв, накрывая её пальцы ладонью и нежно пожимая.
Вернулись батюшка Тирлейф с Ниэльмом, и все смолкли. Мысль о расставании с мальчиком рвала душу на части, глаза у Онирис снова были на мокром месте, и только тёплая и сердечная поддержка мягкого взгляда Одгунд немного облегчала её печальное бремя.
— А сейчас я предлагаю следующее, — сказала Эллейв, многозначительно поблёскивая глазами в сторону избранницы. — Ниэльм с батюшкой и Одгунд погуляют втроём и приятно проведут время, а мы с Онирис... тоже приятно проведём время, но отдельно и вдвоём.
Нутро Онирис сладко ёкнуло, а щёки залил жар румянца. Она шаловливо тронула ногой сапог Эллейв под столиком, а над его поверхностью рдело её лицо в беспомощной попытке сохранить чопорную серьёзность. Эллейв неприкрыто потешалась над её неловким положением, клыкасто улыбаясь во всю свою великолепную волчью пасть. Её сапог в ответ нежно тронул туфельку избранницы.
